Rambler's Top100
Поиск  


Список форумов Городской интернет-портал Ржев Городской интернет-портал Ржев
Ржевский Форум
 
 Наблюдаемые темыНаблюдаемые темы   FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы  medals.phpНаграды  ИзбранноеИзбранное   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Ржев в оккупации
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему   вывод темы на печать    Список форумов Городской интернет-портал Ржев -> История Ржевской битвы 1941-1943 гг.
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Maria
Мэтр
Мэтр
Репутация: 41

Пол: Пол:Жен
Гороскоп: Весы
Китайский: Тигр
Зарегистрирован: 05.03.2006
Сообщения: 7935

Награды: 1 (Детали)
Золотая медаль (Сумма: 1)



СообщениеДобавлено: Сб Авг 30 15:35:54 2008    Заголовок сообщения: Ржев в оккупации Ответить с цитатой

Отдел 1-е 129 ПД

В г. Ржеве, на ул. Косарова, квартал 128 по соседству с Томилиной Еленой Ивановной проживали Поповы Николай Петрович, 1904 года рождения, его жена Попова Ирина Илларионовна, 1906 года рождения, Морозова Валентина Иосифовна, примерно 1922 года рождения. Морозова Валя работала переводчицей в жандармерии на улице Калинина. Со слов Ловягиной Ольги Всеволодовны, 1893 года рождения, уроженки г. Ржева, к Поповым, проживавшим у нее в доме, часто приходила Морозова. Он и с кем-то там встречались и разговаривали.

В октябре 1942 года в комендатуру Ржева прибыл сотрудник отдела 1-ц 129 ПД унтер-офицер Людер по договоренности с комендантом майором Больман, командиром 6 саперного батальона 6 ПД, он доставил в комендатуру двух своих агентов: Глебова Николая, 25-26 лет, родом из Армавира, высокого роста, волосы русые, глаза серые, немного сутулый, лицо продолговатое, голос крикливый, на одной из рук татуировка: спасательный круг и якорь; и Соболева Василия, 27-28 лет, выше среднего роста, брюнета, волосы зачесывал назад, глаза карие, на щеке черные родинки, лицо продолговатое с выдающимися скулами, рот большой, губы полные. Разговор спокойный и твердый.

Провокационными действиями Глебова и Соболева Попов Николай был выловлен как патриот, готовый оказать любое содействие советской разведке.

Попов и его жена Ирина были арестованы. По приказанию коменданта майора Больмана на улицу Смольную угол Коммуны, около здания бывшего товароведного техникума, были согнаны местные жители. К месту судилища работниками комендатуры Майер Герман, Краузе Густав, унтер-офицером Людер из отдела 1-ц были доставлены Попов Николай, Попова Ирина и Морозова Валентина.

Лейтенант Фукс из отдела 1-ц 129 ПД на русском языке объявил: «Эти местные жители имели связь с советскими шпионами, которых укрывали у себя на квартире. За это они будут расстреляны. Так будет с каждым жителем, кто будет помогать советским шпионам».

Глебова и Соболева также внедряли в группы гражданского населения, направляемые на оборонительные работы.

Трудно сказать кто был еще жертвой их предательской деятельности.

Отдел 1-ц 129 ПД 15 апреля 1942 года обращал внимание на использование Красной Армией «большей частью юношей и прежде всего молодых девушек».

Предлагал:

1. Сделать невозможным переход через линию фронта.

2. Запретить находиться гражданским лицам в эвакуированной зоне.

3. Запретить бесконтрольные движения между отдельными населенными пунктами. Строго следить за выполнением установленных на этот счет положений.

4. Назначенным военными властями старшинам необходимо еще раз указать, что они обязаны докладывать о всех гражданах, не проживающих в данной местности и что все, не выполняющие это приказание, караются смертной казнью.

5. Каждый солдат должен быть весьма осторожен по отношению к местному населению и держаться отчужденно.

Очевидцами расстрела Попова Николая Петровича были: Соколов Иван Тимофеевич, 1894 года рождения, житель г. Ржева, ул. Зубцовская, дом № 27, который показал: примерно в ноябре 1942 года их из рабочего лагеря погнали на работу. На углу улиц Коммуны и Калинина остановили, так как будет производиться публичный расстрел жителя г. Ржева, в котором он узнал своего знакомого Попова, который обвинялся как коммунист, имевший тесную связь с партизанами и входивший в какую-то подпольную группу.

Васильева Анна Антоновна, проживавшая в г. Ржеве по улице Радищева, дом № 25, на квартире у Самуйловой Любови Григорьевны видела расстрел одного мужчины на улице Коммуны за связь с партизанами.


(Продолжение следует)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение     
Спонсор
Maria
Мэтр
Мэтр
Репутация: 41

Пол: Пол:Жен
Гороскоп: Весы
Китайский: Тигр
Зарегистрирован: 05.03.2006
Сообщения: 7935

Награды: 1 (Детали)
Золотая медаль (Сумма: 1)



СообщениеДобавлено: Вс Авг 31 12:34:18 2008    Заголовок сообщения: Ржев в оккупации Ответить с цитатой

Отдел 1-ц 206ПД

Отдел 1-ц занимался разведывательной деятельностью на фронте, вместе с тем он проводил контрразведывательные мероприятия в районе расположения дивизии. Информацию о настроениях местного населения отдел 1-ц получал через бургомистров.

В мае 1942 года дивизия дислоцировалась в районе п. Оленино, а штаб дивизии - в д. Кучино. Там же находился и штаб артиллерийского полка.

Начальник отдела 1-ц Ницки Райнгард Эрнст, 1904 года рождения, уроженец округа Растенбург, Восточная Пруссия, немец, образование высшее юридическое, в армии с 1939 года, лейтенант.

Переводчик - зондерфюрер лейтенант Мильтс Лео Мартин, 1910 года рождения, уроженец г. Москвы, немец, с 1920 года проживал в Берлине, в армии с 1927 года.

Переводчик Вецман Оскар Карл., 1907 года рождения, уроженец г. Гамбурга, образование высшее юридическое, адвокат, мобилизован 2 сентября 1941 года, ефрейтор.

Переводчиком отдела 1-ц был белоэмигрант Максимов Николай Иванович, 1897 года рождения, уроженец г. Ковно.

Переводчик Стеблин-Каменский Иван Иванович, 1896 года рождения, уроженец г. Петербурга, в царское время являлся офицером Черноморского флота. По сведениям командующего 206 ПД генерал-лейтенанта Хиттер Стеблин-Каменский 26 июня 1944 года покончил жизнь самоубийством. Максимов и Стеблин-Каменский в отделе 1-ц вели разведывательную работу среди гражданского населения.

Писарь отдела 1-ц Гайдеман Эрнст Эрнст, лет 35-ти, унтер-офицер.

Писарь Дамес Адольф, лет 30-ти, оберефрейтор, позднее находился в плену.

Чертежник Тингаус Петер, оберефрейтор, шофер отдела 1-ц оберефрейтор Новак. Контроль за поведением и настроением местного населения в районе дислокации частей дивизии осуществлялась комендантом района, а так же полевой жандармерией подчиненной отделу 1-б штаба дивизии.

Жандармерия также постоянно пользовалась помощью со стороны немецких ставленников, местных бургомистров, которые вели точный учет местных жителей и обязаны были сообщать о всех незаконных требованиях и подозрительных лицах местным комендатурам и полевой жандармерии.

В январе-феврале 1942 года отдел 1-ц расположился в д. Кучино, где находился до декабря 1942 года. Зимой 1942 года в д. Кучино в отдел 1-ц был доставлен комиссар 19 кавдивизии. Начальник отдела Ницки и переводчик Стеблин-Каменский подвергли его допросу. Допрос короткий, так как нужно было добиться только признания, что он комиссар. По приказу германского командования все комиссары, попавшие в плен, должны расстреливаться на месте. Ницки доложил начальнику отдела 1-а штаба дивизии подполковнику Либе о комиссаре. Либе приказал расстрелять. Ницки поручил произвести расстрел командиру противотанковой роты дивизии. Комиссара отвели на сто метров от дома, где допрашивали и выстрелом из пистолета в затылок он был расстрелян и упал в снег. Примерно через 20-30 минут после этого, переводчик Мильта, выходя из рабочего кабинета, в коридоре увидел человека, который стоял, опустив голову, по которой текла кровь. Присмотревшись, Мильта опознал в нем комиссара. Комиссар, видимо, был только ранен в голову. Пролежав некоторое время на снегу, пришел в сознание и поднялся. Ницки приказал командиру противотанковой роты добить комиссара.

Летом 1942 года в отдел 1-ц комендатуры привели трех офицеров 19 кавдивизии.

Через два дня Ницки и Мильта их расстреляли.

В июле 1942 года немцы задержали одного летчика. Их было трое, но двое ушли. Это был старший лейтенант, высокий, представительный, с черными волосами. Его доставили в штаб в дом Никитиных. После допроса на второй день его расстреляли.

Виноградов Николай Иванович, 1923 года рождения, уроженец д. Редькино Ржевского района, в октябре 1942 года был водворен в лагерь Мончалово в десяти километрах от Редькино. Зимой 1943 года в д. Гришино, по соседству с д. Редькино, расстреляли его дядю Павлова Егора с сыном Борисом за отказ идти рыть окопы.

В конце 1942 года в д. Знаменская расстрелян Ильин Валентин за обнаруженный у него тол. В феврале 1943 года из лагеря бежал Смирнов Василий, которого поймали и расстреляли.

Шараваева Надежда Михайловна, 1908 года рождения, уроженка д. Редькино Ржевского района: у них в деревне в феврале 1942 года задержан военнопленный, которого расстреляли.

В ночь с 23 на 24 сентября 1942 года советской разведкой была переброшена через линию фронта Киселева Анастасия Александровна, 1923 года рождения, уроженка д. Трехгорная, Ржевского района. Она имела задание пробраться в разведшколу, изучить работу отдела 1-ц, выявить агентов немецкой разведки. Выполнить это задание ей не удалось. При задержании ее доставили в отдел 1-ц в д. Кучино Молодотудского района. В отделе она была два-три дня и четыре раза ее допрашивали. Допрашивали ее Максимов и Стеблин-Каменский, а в последнем допросе - немецкий офицер Ницки.

Киселева Анастасия хорошо запомнила большой дом с большим крытым крыльцом, коридор и две двери в комнаты. Дом, где в д. Кучино размещался отдел 1-ц. В одной комнате жили и работали немцы, а во второй - переводчики. От этой комнаты была отгорожена тесовой перегородкой кухня. На кухне жила хозяйка дома, лет тридцати пяти. У нее дочь Вера лет восемнадцати. Сын или племянник. До войны хозяйка жила в Ленинграде, муж инженер. Из Ленинграда эвакуировалась с дочерью в деревню. Переводчики до Октябрьской революции жили в Ленинграде, а в 1918 году эмигрировали во Францию. В качестве денщика был военнопленный Яков, проживавший в другом доме. При Киселевой допрашивали трех узбеков, добровольно перебежавших на сторону немцев, а в тот же день, когда ее доставили в отдел 1-ц, привели красноармейца - перебежчика, с которым была очная ставка в отношении пароля. Из д. Кучино ее отправили в полевую жандармерию в д. Овсянники Ржевского района. В отношении дислокации отдела 1-ц известно, что в ноябре 1941 года он располагался в д. Новое около Старицы, затем в д. Копково около Луковниково. С января по март 1942 года в Молодом Туде, затем в д. Кучино, а с ноября 1942 года в д. Бородатое.

У Мильта был помощник - Трубачев Иван, примерно 1910 года рождения, житель из-под Алма-Аты, до войны пчеловод, высокого роста, волосы и глаза черные, лицо круглое, крепкий, долгое время проживал в Узбекистане, использовался как переводчик с узбекского языка.

Мильта от Максимова и Стеблина-Каменского слышал, что когда был майор Байер, то расстреливались группы красноармейцев по десять-двенадцать человек по собственной инициативе Байера.

(Продолжение следует)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение     
Maria
Мэтр
Мэтр
Репутация: 41

Пол: Пол:Жен
Гороскоп: Весы
Китайский: Тигр
Зарегистрирован: 05.03.2006
Сообщения: 7935

Награды: 1 (Детали)
Золотая медаль (Сумма: 1)



СообщениеДобавлено: Пн Сен 1 12:26:06 2008    Заголовок сообщения: Ржев в оккупации Ответить с цитатой

Отдел 1-ц 253 ПД.


Офицер отд. 1-ц Шпикернагель Пауль Петер, 1907 г. р., уроженец г. Дюссельдорфа, капитан, с июня 1942 года по июль 1943 г.

Офицер Фреймах, уроженец г. Одессы, до 1923-24 года проживал в г. Николаеве, его отец имел ресторан и гостиницу. После с отцом и матерью выехал в Германию. По профессии учитель математики. Переводчик отд. 1-ц лейтенант Делле Вальдемар. Офицер отд. 1-ц оберлейтенант Фогель Тино или Вернер, при начальнике оберлейтенанте Дитрихе.

Переводчик Мильбиц Фридрих Гиляри, 1899 года рождения, уроженец Старой Бухары.

В д. Истонки Оленинского района, где стоял отдел 1-ц по приказу командира дивизии Беккер Карла Эрнста в феврале-марте 1943 года, который получил Шпигернагель по телефону, расстрелян один гражданин по подозрению в повреждении телефонной линии. На самом деле расстреляли местного жителя Соловьева лишь за то, что у него саночки были перевязаны телефонным проводом.

Оберлейтенант Фраймоны - начальник отдела 1-ц, 40 лет, из г. Франкфурт-на-Майне.

Переводчик: в д. Липовке-Меньшиков в д. Меженцы - Доли, в д. Истонки - Мильбиц.

Меньшиков Николай, 1892 года рождения, русский, сын поляка. В царской армии - в звании капитана. Затем служил у Врангеля.
После того, как Врангель был разбит, уехал в Турцию. Из Турции попал в Париж. Выше среднего роста, широкоплечий. Первое время работал при начальнике отдела 1-а капитане Шпигернагеле. У генерал-лейтенанта Беккера был на хорошем счету.

Вольков Андрей Петрович, 1887 года рождения, уроженец и житель д. Истонки Оленинского района, показал что в его доме находился штаб. Осенью 1942 года в штаб привели женщину из д. Луни. После допроса, примерно в 10 часов вечера, видел, как переводчик Алексей водил ее куда-то, говорил ей, что ее расстреляют. Знал и переводчика Меньшикова.

Старший переводчик отдела 1-ц Маевский Лев Антонович, лет 50, уроженец д. Хлебники Оленинского района. В 1914-16 годах бежал за границу, где проживал в Германии. Переводчик Алекс, 25-26 лет, якобы уроженец г. Москвы, военнопленный, высокого роста. Переводчик Петр, 26-28 лет, с его слов - уроженец Сибири.

В Ржевском районе в оккупацию проживало 18261 человек.

Из показания генерал-лейтенанта фон Куровского явствует, что для практического выполнения плана по использованию Сырья и продукции промышленной индустрии в оккупированных областях России был создан Хозяйственный штаб «Ост» под управлением генерала Штанфа, с организациями на местах - хозяйственными инспекциями. Для отбора сельскохозяйственных продуктов назначались зондер-фюреры, подчиненные хоз. инспекциям.

И вот уже в октябре 1941 года командующий Германскими войсками в ржевском районе разослал зондерфюреров из хоз. инспекций по сельским Советам. Явившись в сельсовет, они брали председателя сельсовета или его заместителя или председателя колхоза и объезжали все колхозы на территории сельсовета. В колхозе они вызывали председателя или его заместителя и назначали его ответственным за порядок в деревне, сохранность имущества и скота. Им выдавались заранее заготовленные удостоверения на русском и немецком языке следующего содержания:

"Командующий Германскими Войсками в Ржевском районе.

г. Ржев.....1941 г.

Удостоверение и приказ

Настоящим .... назначается доверенным Германского Государства и управляющим

предприятия ....

Ему вменяется в обязанность руководить этим предприятием и содержать его до

окончательного распоряжения Германского Восточного Хозяйственного штаба в

полной сохранности.

Рабочие предприятия обязаны исполнять все распоряжения Управляющего.

Неисполняющие будут наказаны по Германским военным законам. ... в должности

доверенного Германского государства и управляющего предприятия .... может быть

смещен только по распоряжению Командующего Германскими Войсками или Германского

Восточного Хозяйственного штаба.

За Командующего Германскими Войсками Канавский."


Делалось все это с целью использования в полном объеме всей мощности колхозов для обеспечения нужд вермахта. Так писалось комендатурой 1/532 10 ноября 1941 года.

С ноября-декабря 1941 года проведены выборы старост. В отдельных случаях старосты назначались комендантами деревень. В основном старостами были бывшие председатели колхозов. Рабочий день для жителей деревень начинался в 7 часов утра. Работали до 17 часов.

Больше всего крестьяне использовались на работах для нужд Германской армии. За работу в сельском хозяйстве они получали от 200 до 400 г. ржи, а весь остальной урожай и продукты изымались. Изымался порой даже нераспределенный урожай 1941 года. Так, со слов председателя колхоза д. Распопино Ржевского района Базарова Ивана Егоровича, 1908 года рождения, уроженца и жителя этой деревни, немцы самовольно взяли из колхозной кладовой овса 50 центнеров; ржи 4 центнера; ячменя 3,5 центнера; муки 2,4 центнера, картофеля 150 мер. Можно представить, с чем остались колхозники в зиму 1941-1942 года и до нового урожая. А со всего Распопинского сельсовета, где насчитывалось десять колхозов, немцы выгребли по словам «управляющего» Миролюбива Федора Васильевича, 1902 года рождения, уроженца и жителя д. Распопино: хлеба - 28 центнеров, около 18 центнеров льносемян, 4 центнера гречихи, овса около 9 центнеров. Все это было вывезено в Сытьковскую волость. Изъяли 19 коров, 49 возов клевера. Правда, за хлеб и 18 пар белья немцы выдали свыше 300 марок, но по сколько марок пришлось на каждого колхозника и получили ли их они, неизвестно. В большинстве случаев действовал принцип, как часто говорили немцы: «Мы вас завоевали и теперь все ваше имущество принадлежит нам». Так они брали из колхозных кладовых, а когда отбирали у отдельных колхозников, то порой лишали их и жизни.
Эти конкретные случаи отражены в актах чрезвычайных комиссий по расследованию злодеяний, совершенных немецко-фашистскими оккупантами на ржевской земле.

Для руководства сельским хозяйством и его перестройки на новый лад в октябре 1941 года был создан земельный отдел при райгоруправе г. Ржева. Размещался отдел в городе на улице III Интернационала, дом № 6, в здании бывшей нотариальной конторы. Заведующим земельным отделом был Поляков Петр Иванович, 1892 года рождения, уроженец г. Зубцова, проживавший в Ржеве на улице Володарского. Поляков - агроном с высшим образованием. Кто-то донес о нем в жандармерию и к нему пришел жандарм с переводчиком, которых привел русский полицейский. В штате отдела было восемь человек.
Сам Поляков имел связь с немецким майором, который ведал вопросами снабжения немецкой армии фуражом, а также изъятием у населения кож и шерсти.

Кроме удостоверений, выдаваемых за подписью Командующего Германскими Войсками, выдавались удостоверения Ржевским районно-городским управлением и выглядели они так:

"Удостоверение

Выдано Ржевским Районно-Городским Управлением господину ...... в том, что

он является старостой д. ... и ему вменяется в обязанность немедленно приступить

к уборке и обработке хлебов всех культур в соответствии с данными указаниями

Районно-Городского Управления. К работе привлекать всех трудоспособных из

населения в возрасте от 16 до 50 лет, имеющийся в наличие гужевой транспорт.

Уклоняющихся от работы немедленно направлять для работы в Ржевское

Районно-Городское Управление в г. Ржев, а на неявившихся на работу представить

список для направления в лагерь.

Господин .... беспрекословно выполняет постановление Германского командования

и Районно-Городского Управления.

Удостоверение действительно до 31 декабря 1941 года.

Зам. Ржевской Районно-Городской головы - С. Дунаев.

1.12. 41 г.

Зав. земельным отделом - Поляков."

Согласно спущенной инструкции, все земли колхозов должны распределяться в частное пользование. Были собраны сведения о наличии в колхозах и у населения запасов фуража, овса, сена, кож и шерсти.

В начале декабря 1941 года проведено собрание старост Ржевского района в г. Ржеве, на котором присутствовало около шестидесяти старост. Немецкий майор потребовал ускорить сдачу фуража. После этого на склад отдела было доставлено около 1,5 тонн ржи, около 3-х центнеров ячменя, две туши лошадей, немного картофеля, собранного у населения района. Было дано объявление об организации курсов десятников на 30 человек. Райгоруправа выделила для них 5 тысяч рублей, но курсы, как и распределение земли в частное пользование не состоялись в связи с наступлением Красной Армии. Часть территории Ржевского района была освобождена частями Красной Армии.

В январе 1942 года в члены новой горуправы был кооптирован и назначен заведующим сельхозотдела Вурст Владимир Густавович, 1884 года рождения, уроженец с. Ивановское Старицкого района, отец которого был немец, а мать русская. Проживал Вурст в Ржеве на Смольной улице, дом № 92, до оккупации работал заведующим хозяйственным отделом шелкокрутильной фабрики в г. Ржеве.

Агрономом работал Шиханов, который давал установку: «О колхозах сейчас не думайте, они ликвидированы. Изыскивайте семена на местах. За помощью обращайтесь к Германскому командованию, оно вам поможет».

Завхозом земельного отдела работал бывший сотрудник Погорельского райотделения милиции Буянов Александр Дмитриевич. Вурст уволил его и оформил на это место Иванова Дмитрия Ивановича, 1891 года рождения, уроженца д. Зуи Ржевского района, проживающего в г. Ржеве, Кооперативная улица, дом № 9.

Размещался земельный отдел вместе с отделом городского хозяйства по улице Володарского - угол Приволжской. Отдел занимался вопросами пригородного хозяйства.

В 1942 году в Ржеве появилась и сельскохозяйственная комендатура. Находилась она на улице Калинина. Возглавлял ее зондерфюрер Баумгарт в звании капитана. С мая-июня 1942 года в этой комендатуре работала уборщицей и переводчицей Лебедева Александра Андреевна, 1923 года рождения, жительница Ржева, улица Воровского, дом № 31 а. До сельхозкомендатуры она работала помощником квартального старосты.

Как отмечала в своем отчете комендатура 1/532, в апреле 1942 года с помощью коменданта зондерфюрера Бенвица удалось получить большое количество семян. К сожалению, не указывалось, где и как были получены эти семена. Но и этого большого количества семян явно не хватало для посева. Как свидетельствовал бывший помощник старосты д. Азарово Ржевского района Смирнов Павел Васильевич, весной 1942 года немцы собрали с населения семена: картофеля, ячменя, льна для посева подготовленной ими земли. Было собрано 10 центнеров ячменя, две тонны картофеля и 50 килограмм льносемян. Посеяно 10 гектаров ячменя, посажено 1,5 гектара картофеля и посеяно 0,5 гектара льна. Когда урожай был собран, немцы забрали его себе, возвратив населению лишь забранные семена. Так перестраивалось землепользование.

Переводчики пытались утверждать: «Советской власти вообще не будет. Будете работать так же, как и раньше. Крестьянам дадут землю, а безкоровным и коров дадим и будете хорошо жить. Все то, что немцы взяли у крестьян, мы отдадим. Колхозов не будет. Будете работать каждый на своей земле и хозяйство поднимется очень быстро».

А одна из немецких листовок гласила:

«Русские бойцы, командиры, политработники! ...

Ищите спасение у нас!

Мы поможем вам создать настоящую Родину, новое свободное Отечество, где

рабочий будет хорошо зарабатывать, крестьянин будет возделывать собственную

землю. Мы не допустим, чтобы у вас были капиталисты и помещики.... Спасайте

жизнь для себя и семей. Затеянная большевиками бойня должна быть прекращена.

Являйтесь к нам! »

В июле 1942 года всем сельским жителям от 16 лет начались выдавать немецкие паспорта с указанием внешних примет, а в отдельных деревнях всевозможные бирки-номера, которые жители должны были носить постоянно, проходя ежедневно утром и вечером проверку с присутствием коменданта деревни, переводчика и старосты.

Общинное хозяйство так и не состоялось. Новый закон о земле не вошел в действие.

В августе 1942 года из-за боевых действий, как отмечали немцы, сельское хозяйство особенно сильно пострадало. Земельный отдел был ликвидирован.

За период оккупации убито, расстреляно и повешено в сельской местности 451 человек; умерло от голода и тифа - 1766 человек; угнано в немецкий тыл и Германию - 3100 человек.

(Продолжение следует)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение     
Спонсор
Maria
Мэтр
Мэтр
Репутация: 41

Пол: Пол:Жен
Гороскоп: Весы
Китайский: Тигр
Зарегистрирован: 05.03.2006
Сообщения: 7935

Награды: 1 (Детали)
Золотая медаль (Сумма: 1)



СообщениеДобавлено: Вт Сен 2 17:46:19 2008    Заголовок сообщения: Ржев в оккупации Ответить с цитатой

В ДЕРЕВНЯХ ПОД РЖЕВОМ

Деревня Бутово

В отчете комендатуры за третью декаду августа 1942 г. говорилось о том, что в апреле 1942 г. поступила информация о бандитах в лесах в районе д. Бутово. Принятыми мерами были выявлены 4 бандита, которые при сопротивлении были убиты.

Так что же было в д. Бутово на самом деле? В д. Бутово было 52 дома. Перед приходом немцев предприняты меры к эвакуации жителей в советский тыл. Был зарезан скот для питания в дороге. Но все это оказалось слишком поздно. Уже 13 октября 1941 г. стало известно, что немецкие войска захватили Старицу. Наши войска из-под Вязьмы, Бологое и Андреаполя метались в котле немецких частей. Отходили лесами еще более недели. Молодежь рыла окопы в районе Бахмутово.

В доме Купоровых жили Каменские из д. Голышкино. Их сын Виктор уже перед самым приходом немцев вернулся из истребительного отряда. Он рассказал о г. Ржеве, что там успели сжечь фабрику колодок и другие здания.

15 октября 1941 г. в деревне появились немцы. В период их прихода в доме Купоровых были задержаны 4 военнослужащих, один из них - командир морской пехоты. Подростки из деревни в глубине леса нашли блиндаж, сооруженный артиллеристами. Они решили сделать там тайник, где можно хранить оружие и боеприпасы. Постепенно из ребят примерно одного возраста сложилась группа. Старшим признали Солянова Ваню, он успел окончить учительский институт в Ржеве и был старшим по возрасту. В группу входили братья Кулаковы Борис и Петр, Демидов Николай, Куноров и Котов Петр, последний был наиболее решительным.

С 10 ноября 1941 г. старостой деревни Бутово являлся Кулаков Макарий Степанович 1888 года рождения, уроженец д. Бутово. С 1914-1918 год он находился в немецком плену. До оккупации Кулаков Макарий работал сторожем в пожарной охране УВСР № 61.

После избрания его старостой, он был вызван в горуправу к бургомистру Сафронову. Там получил документ, а нарукавную повязку - у коменданта д. Костино. Помощником старосты избрали Мурашова Ивана Алексеевича, 1905 г. рождения, уроженец и житель д. Бутово, который в 1941 г. работал на строительстве объекта № 157 в г. Ржеве, заместителем старосты - Гренков Павел Павлович 1885 года рождения, уроженец и житель д. Бутово, который так же с октября 1915 года находился в немецком плену. Как освободителей встречали немцев Кулаков Макарий и Солянов Филипп Тимофеевич.

С 25 декабря 1941 года в д. Бутово проживал Куров Петр Кондратьевич, 1900 года рождения, уроженец д. Залесье Пеновского района.

Что это за личность? В 1930 году Куров был Осужден Осташковским народным судом за спекуляцию, но из заключения сбежал и скрывался в Ленинграде. Там занимался кустарным ремеслом и как кустарь был обложен налогом. За неуплату налога был арестован и до 1933 г. находился в исправительно-трудовой колонии в Осташкове.

После освобождения из колонии прибыл к семье в г. Смоленск. Устроился работать на льнокомбинат десятником. В 1936-37 г. г. за растрату был осужден на пять лет лишения свободы. Срок отбывал на строительстве канала Москва - Волга. После отбытия срока наказания проживать в г. Смоленске ему было запрещено.

В 1939 году семья Курова прибыла на жительство в г. Сычевку, а осенью того же года переехала в Ржев, где Куров устроился на работу в вулканизационную мастерскую мастером. В Ржеве Куровы проживали на площади Революции, дом 11. Семья Курова состояла из четырех человек. Жена Куприянова Мария Павловна, 1902 года рождения, уроженка г. Янов (Польша), дочери: Курова Ольга Петровна, 1920 года рождения, уроженка д. Залесье и Куприянова Нина Петровна 1922 года рождения, уроженка г. Осташкова. Нина в период временной оккупации работала переводчицей у немецкого коменданта Бринилюка в д. Гнилово Ржевского района.

Вместе с Куровым в д. Бутово из Ржева, прибыл ассириец Сулейман Морозель 1888 г. рождения, уроженец г. Дюлдмерг (Турция) вместе с молодой русской женой по имени Тоня. В 1939 году Сулейман Ржевским гор. отделением НКВД был арестован по статье 58-6 УК РСФСР (шпионаж), но через девять месяцев освобожден.

В отношении Сулеймана имеются следующие данные: Сулейман Морозель, ассириец, проживал в Ржеве на ул. Старицкая, дом № 8, по паспорту, выданному в Ржеве в 1935 году. Вдов, кустарь - торговец, сын Хама, 14 лет. Из Турции прибыл в Россию в 1916 году как беженец. До 1921 г. проживал в г. Ростов-на-Дону. Женился на Ястин Инвия и выехал в г. Москву, где был чистильщиком обуви на Курском вокзале.

В 1925 году был судим за скупку краденных вещей на 3 года лишения свободы. Затем еще раз был судим за хулиганство на год принудительных работ. После проживал в Тамбове и Туле. В городе Туле купил паспорт у Морозель Сулеймана за 150 рублей и осенью 1934 года выехал на жительство в Ржев, где и проживал под чужой фамилией. Дважды встречался с секретарем Иранского посольства Сатар. Сатар приезжал в Бутырскую тюрьму, где он сидел. Сдал свой национальный паспорт на имя Ильи Инвия и стал проживать под именем Сулеймана.

В 1939 году за недостаточностью оснований из-под ареста освобожден. Из жителей Ржева его знал Инвияев Николай Авдеевич, 1902 года рождения, иранец.

К моменту прибытия Курова и Сулеймана в д. Бутово проживали, бежавшие из лагерей военнопленные, в их числе два летчика, которые не смогли перейти линию фронта. Их было четверо. Из тех, что жили у Мурашовой Елены, одного звали Александром, а другого Борисом, а те, что жили у Кутузова Ильи и Гранкова Василия Егоровича, как звать неизвестно.

Когда городская управа потребовала у сельских старост переписать население деревень и представить списки в горуправу, военнопленные из деревни ушли в лес в тот блиндаж, где собирались подростки.

Как говорил Сулейман, ребятам уйти в лес военнопленным посоветовал именно он. Сулейман рассказывал подросткам о себе, что он в 1932 году был заброшен в Советский Союз, успел пройти Бутырку, Кресты и Соловки, но перед войной был освобожден. Женился на русской. Его можно было видеть в г. Ржеве на конном базаре. Признался, что немцы его обрабатывали, но он отказался от сотрудничества, так как уже сыт по горло этой работой. Выдал подросткам Курова.

Куров действительно имел связь с немцами, часто посещал деревни Боярниково и Мануйлово и возвращался оттуда в нетрезвом виде. В д. Мануйлово, где стоял немецкий штаб, по его признанию он был пять или шесть раз. Ходил в Ржев. Немецкой комендатурой, что была в д. Ненаедово, старосте д. Бутово не разрешалось давать наряды на работу семье Курова. В январе 1942 года ночью в д. Бутово прибыл немецкий карательный отряд с переводчиком. Разыскав дом старосты, два солдата и переводчик взяли старосту к его сына Петра, привели в дом Мурашовой Елены, куда собрали человек пятнадцать жителей. Можно представить, что в доме всем не хватило места и часть жителей стояла на улице. Переводчик вызвал шестнадцатилетнего Кулакова Петра, ибо Куров Петр в присутствии своей дочери Куприяновой Нины успел сообщить немецкому жандарму, что Кулаков знает, где скрываются четверо русских военнопленных.

Переводчик спросил Петра, где скрываются военнопленные. В это время в дом вошел Куров и пятнадцатилетний Каменский Василий. Куров сказал переводчику, что Кулаков Петр знает, где находятся военнопленные и Кулаков вынужден был признаться. После чего Кулаков, переводчик и примерно двадцать пять немцев пошли в лес.

Дело в том, что когда подростки Кулаков Петр, Васильев Александр, Солянов Иван, Котов Петр и военнопленный Александр приводили в порядок блиндаж, то их видел Куров. Задержанных военнопленных доставил в д. Мануйлово, где со слов немецкого переводчика д. Бутово их расстреляли.

Кулаковых отца и сына допрашивали в д. Мануйлово и отпустили. Не расстреляли потому, что отец хорошо говорил по-немецки и служил старостой. Молодежь отправили в д. Теряево, где был создан лагерь. В лагерь неоднократно приезжал белоэмигрант в чине полковника немецкой армии по имени Фимено. По его словам, ему удалось убедить немецкое командование не расстреливать подростков и не сжигать деревни, хотя взяли четырех военнопленных с оружием, как партизан. По словам полковника, ему помог и немец Отто Керш, сын миллионера, мастера спорта по боксу. После этого случая в д. Бутово стала функционировать немецкая комендатура.

Сам Куров Петр был арестован советскими органами 30 сентября 1942 года, но из-под ареста сумел сбежать, был задержан воинской частью 243 стрелковой дивизии, назвался Котовым Петром Ивановичем и в процессе расследования его пособнической, предательской деятельности 22 декабря 1942 года умер.

Демидов Николай Яковлевич, 1899 года рождения, уроженец и житель д. Бутово показал, что в районе д. Малахово немцами были взяты в плен 12 советских разведчиков. Это было в декабре 1941 года. Последние на его глазах были заморожены в сарае в деревне Лазарево.

(Продолжение следует)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение     
Maria
Мэтр
Мэтр
Репутация: 41

Пол: Пол:Жен
Гороскоп: Весы
Китайский: Тигр
Зарегистрирован: 05.03.2006
Сообщения: 7935

Награды: 1 (Детали)
Золотая медаль (Сумма: 1)



СообщениеДобавлено: Чт Сен 4 0:08:41 2008    Заголовок сообщения: Ржев в оккупации Ответить с цитатой

Деревня Каменское

В отчете о деятельности ГФП группы 580 в мае 1942 года указывалось, что в ночь на 20 мая 1942 года в д. Каменское у Ржева убит бургомистр Иванов и двое его детей. По подозрению в убийстве арестованы Михайловы: Степан, Алексей и Александр (дед, отец, сын), один из них имел пистолет.

Один из арестованных ГФП-580 вместе с Михайловыми, Чугреев Вячеслав Алексеевич, 1927 года рождения, уроженец д. Лигостаево Ржевского района, так рассказывал об этом событии.

Староста д. Лигостаево назначил его в похоронную команду, так как в период весеннего наступления Красной Армии погибло много красноармейцев. После того, как похоронная команда произвела захоронения в д. Лигостаево, Чугреев был направлен в район д. Каменское. Там было много трупов. Среди них нашли труп женщины, видимо, врача или медсестры. Чугреев каждый день по утру ходил в д. Каменское, а после работы возвращался в д. Легостаево. Он познакомился со старостой Ивановым, посещал его на дому. Обусловился с ним, что когда будет приходить к нему, то будет стучать в окно или в дверь три раза. Староста будет знать, что пришел Чугреев и откроет ему дверь.

Однажды, идя из д. Каменское в Лигостаево, Вячеслав заметил в кустах старцевского леса двух человек. Подумал, что идут их ребята. Через некоторое время к нему подошел незнакомый человек в военной форме. Незнакомец спросил, куда и откуда он идет. Рассказал все по порядку. Тогда незнакомец спросил, в каком доме живет староста и как пройти к нему. Чугреев показал издалека дом старосты и сказал, что нужно три раза стукнуть в окно или дверь. Незнакомец подал ему руку, крепко пожал ее и поблагодарил. Наутро Вячеслав пошел на работу. Зашел к старосте и обнаружил, что он лежит у двери убитый, а в доме лежит сын Александр, 1925 года рождения и падчерица, примерно 1932 года рождения. Он сказал об этом жителям деревни и, чтобы отвести обвинения от себя, предложил идти в немецкий штаб в д. Медведево и доложить о случившимся немцам.

После нашего прихода немцы по тревоге подняли роту солдат и направились в д. Каменское. Там в деревне немцы учинили допрос местным жителям, а затем его, троих Михайловых и Скобелева Ивана из д. Каменское под конвоем доставили в д. Медведево. В д. Медведеве их поместили в бывший магазин под охраной двух часовых. На второй день под охраной отконвоировали в Ржев, на улицу Коммуны, где была колонка для разбора воды, во дворе стоял красный каменный дом.

На самом же деле их доставили на улицу Коммуны, дом № 40, где размещалось ГФП-583. Привели во двор и поместили в бывший склад. Допрашивали по два раза на день. Жестоко избивали. Переводчиком был человек лет 30-35, высокого роста, худощавый, одет в гражданскую одежду.

Затем допросы прекратились. Как-то пришел солдат с винтовкой и сказал: «Алее раус. Ком на хауз». Но радость освобождения была короткой. Дед Михайлов умер по дороге в деревню. Вскоре двух Михайловых и Скобелева Ивана вновь забрали в Ржев, но через сутки отпустили. Через три-четыре дня умер сын деда Михайлова. Выпустили нас, как после узнал, по ходатайству старосты Бабошина Алексея и переводчицы немецкого штаба в д. Медведево - Кати.

Вот так, грозная и могучая ГФП-580, принесшая ржевитянам и сычевцам немало горя, не смогла установить истинных убийц старосты д. Каменское Иванова и его детей.

Это был акт возмездия за предательство Иванова. Иванов, увидя бойцов Красной Армии, прорвавшихся через линию немецкой обороны, пошел в д. Медведево и сообщил в немецкий штаб об увиденном. Немцы бросили свое подразделение и побили наших бойцов.

Чугреев также подтвердил факт, когда в июне 1942 года из д. Бочарово были приведены в немецкий штаб в д. Лигостаево двое военнослужащих. У одного на петлицах было две шпалы. О дальнейшей их судьбе ему ничего неизвестно. Насколько позднее в д. Лигостаево были два летчика в нижнем белье и босые. Судьба их также неизвестна.

(Продолжение следует)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение     
Maria
Мэтр
Мэтр
Репутация: 41

Пол: Пол:Жен
Гороскоп: Весы
Китайский: Тигр
Зарегистрирован: 05.03.2006
Сообщения: 7935

Награды: 1 (Детали)
Золотая медаль (Сумма: 1)



СообщениеДобавлено: Чт Сен 4 13:26:04 2008    Заголовок сообщения: Ржев в оккупации Ответить с цитатой

Деревня Немцово (Шиморово)

Примерно 17 октября 1941 г. в д. Немцово появились немцы, а с 15 ноября 1941 года в деревне находился немецкий хозяйственный отряд, который стал устанавливать свои порядки. Комендант вызвал всех председателей колхозов и счетоводов ближних деревень на совещание в дом Смирновой Александры. Переводчик коменданта сказал: «Колхозов больше не будет. Председатели колхозов отменяются». Тут же начал хвалить немецкие порядки, заявив: «Крестьяне будут хорошо жить без колхозов и коммунистов». На этом совещании были: Морев Иван, Разумовский Василий, Разумовский Иван из д. Плотниково, Буров Константин из д. Захарово и Молчанов Яков.

Рузамовский Василий комендантом был назначен старшиной Плотниковской волости, но волость эта так и не образовалась, а д. Немцово вошла в состав Глебовской волости, старшиной которой был Сурков Михаил из д. Выдрино. Морев Иван Алексеевич, 1902 г. рождения уроженец и житель д. Немцово был назначен старостой.

В финскую войну на фронте он был ранен в правую руку и 10 мая 1940 г. вернулся домой из госпиталя. Перед войной работал председателем колхоза. Обязанности старосты он исполнял до января 1942 г. так как глава г. Ржева Сафронов дал распоряжение земельному управлению всех ранее назначенных старост утвердить населением, то на общем собрании в д. Немцово старостой избрали Пыркина Афанасия Ивановича, 1904 года рождения, глухого и косоглазого, перед оккупацией работавшего учетчиком в Глебовской МТС, а Марев стал его помощником.

Переводчиком от германских властей стал Скобелев Федор Иванович, 1890 г. рождения, уроженец д. Дунилово Ржевского района, житель д. Захарово, который с 1914 года до 1920 г. находился в плену в Германии.

В дальнейшем Морев Иван работал с карательным отрядом, прибывшим в д. Немцово 15-17 декабря 1941 г. В карательном отряде насчитывалось 56 человек и разместились они по домам деревни. Командир отряда стоял в доме Глазкова Степана.

В доме Пыркиной Татьяны Антоновны, 1879 г. рождения, проживало, примерно, 12 немцев, а она сама была выселена в другой дом. В доме Гусева Василия находился штаб, а дальше 4 дома, оторванных от деревни, занимали немцы.

Задержанные советские граждане содержались в доме Пыркиной. В конце 1941 года под стражей была Юргенсон (девичья фамилия Табут) Анна Александровна, уроженка д. Мостище Идрицкого района Калининской области. С ней было трое ее сыновей: Владимир, Эдуард и Александр. В Немцово ее с детьми привезли из д. Н. Рукав. Она зашла в дом к немецкому офицеру с просьбой истопить и помыться в бане. В доме был староста Морев Иван, несколько немецких солдат, а в углу на лавке сидела Анна Александровна и кормила грудью младшего сына, а рядом сидели двое старших. В присутствии Пыркиной, Анна Александровна попросила разрешение помыться вместе с ней. Пыркиной она сказала, что ее забрали по доносу людей и немцы отвезут ее обратно в д. Н. Рукав. Но ее не отвезли, а 22 декабря 1941 г. расстреляли в д. Немцово.

Старший сын Юргенсон Геннадий, 1929 года рождения, уроженец г. Западная Двина, пошел искать долгоотсутствующую мать. В д. Н. Рукав он возвратился в дом Бузина Алексея Ефремовича с окрававленными вещами матери. С его слов отец также расстрелян в д. Немцово 21 декабря 1941 г. У отца на теле четыре пробоины, а у матери раздроблена голова. Он нашел их трупы. Лежали они на земле на расстоянии десяти метров друг от друга.

Так кто же такой Юргенсон и за что был расстрелян? Юргенсон - латыш. В 1939 г. с семьей переехал в Ржев. До 1941 года работал заведующим магазином № 38 Калининторга. Коммунист. Попал в окружение под Медное, имел звание старшего лейтенанта. Будучи контуженным и раненым, в сентябре 1941 года пришел в д. Н. Рукав. В конце ноября или в начале декабря 1941 года Юргенсон был арестован, якобы по подозрению в краже вещей у Никифоровой Матрены. Увезен в д. Берново, откуда бежал.

Из д. Немцово на 4-х подводах приехало 12-13 карателей и 3-4 немца, переодетых в крестьянскую одежду в сопровождении Морева Ивана в д. Н. Рукав. Приехали по заявлению старосты Селянкина Андрея Николаевича в отношении Юргенсона, которого Морев почему-то называл Ребензоном. Карателями Юргенсон был привезен в д. Немцово. После допроса под конвоем его направили на работу, но он из-под ареста бежал.

По заявлению старосты д. Н. Рукав Солянкина Андрея жена Юргенсона, якобы знала расположение партизанского отряда и Мореву Ивану пришлось выезжать с командиром карательного отряда на розыск жены Юргенсона и доставки ее в д. Немцово.

В третий раз на лошадях с 20-ю карателями Морев ездил в д. Н. Рукав по заявлению старосты Селоянкина и старшины Панинской волости Сорокина за женой Юргенсона.

Когда привезли жену Юргенсона с тремя детьми как заложницу в д. Немцово, то она проживала там 9 дней у Пыркина Ивана, пока не разыскали ее мужа.

Через несколько дней Юргенсон появился в д. Н. Рукав. Сразу же староста Селянкин организовал охрану дома, а сам поехал в Панино в комендатуру. Юргенсон был обнаружен в подвале дома под бочкой и арестован. Селянкин и Сорокин доставили его в д. Немцово, где он был расстрелян за деревней, около железнодорожной будки. Морев Иван, якобы лично по просьбе жены Юргенсона снял с расстрелянного верхнюю одежду. На другой день так же была расстреляна жена Юргенсона за д. Немцово около железнодорожной будки.

За хорошие, успешные операции по выявлению партизан командир карательного отряда почти ежедневно вызывал Морева Ивана к себе и подносил по стакану шнапса. Кроме того, Морев был приглашен на вечеринку по случаю Рождества, которая была устроена карателями у Абрамовой Анны Трофимовны.

Мореву было известно, что за полотном железной дороги за д. Немцово карательным отрядом расстреляны четыре человека в гражданской одежде, трупы которых лежали четыре дня.

В январе 1942 года передовая линия фронта проходила в четырехстах метрах от деревни. Являясь переводчиком, Скобелев имел и группу людей в количестве 20-ти человек, которая занималась подвязкой щитов из льняной тресты. Эти щиты ставились от одного дома до другого, чтобы не было видно, что делают немцы в деревне.

5 февраля 1942 года в 8 часов из д. Немцово ушли на сторону Красной Армии: Жигалин Михаил Иосифович, 1926 года рождения, уроженец и житель д. Немцово; Петров Николай Павлович, 22-х лет, уроженец д. Кожевниково Высоковского района, старшина Красной Армии. С его слов он попал в окружение, пришел домой на станцию Высокое. При отступлении немцев из Высоковского района они забрали Петрова с семьей в д. Немцово; Цветков Алексей Георгиевич, 1916-19 года рождения, уроженец д. Плотниково, Лужков Константин Кузьмич 1924 года рождения, уроженец и житель д. Немцово. Ушли они в белых маскировочных халатах. Снег был глубоким, на нем остались следы. Собирались переходить и братья Милославские: Алексей Васильевич, 1923 и Виктор Васильевич, 1927 года рождения, уроженцы д. Немцово, у которых, по мнению Разумовской Ольги Ефимовны 1893 года рождения, не были готовы масхалаты.

На следующий день вечером переводчик велел Пыркину Афанасию собрать всех мужчин деревни для проверки. Когда немцы на проверке выяснили, кто ушел, комендант приказал Пыркину доставить в комендатуру родителей перешедших. Пыркин пошел с патрулем и привел: Жигалина Иосифа, его жену Марию, Колосова Александра Дмитриевича - дядю Цветкова, Петрова Павла с женой и Лужкову Екатерину. Ночью их расстреляли в сарае Добротворского Егора, по другим данным - в сарае Шкабарова Василия Матвеевича, а сарай подожгли. Удалось спастись жене Колосова - Прасковье с семью детьми, она скрылась к соседям, а так же Жигалиной Екатерине Иосифовне и Лужковой Екатерине Ивановне. После этого всех девяносто шесть мужчин на ночь сажали в арестантское помещение, а в 10 часов выпускали на работу и это длилось до мая 1942 года.

Со слов 15-летней Жигалиной Прасковьи ушедших выдали Милославские. Характерно, что уже в марте 1942 года Милославские заметно изменились. Стали восхвалять немцев, Германию и жизнь там. Особенно Виктор. В июне 1942 г. Милославские с матерью Анной ушли в д. Пантюково, а оттуда в июле 1942 г. уехали в Германию.

До отъезда Милославский Алексей ходил в Ржев с целью узнать о возможности выезда в Германию. Милославские были в хорошем отношении с комендантом. Они знали немецкий язык и часто были переводчиками, большей частью Виктор.

По мнению же Морева Ивана немцам сообщил об ушедших Пыркин Афанасий.

В конце февраля или в начале марта 1942 г. немцы задержали семь советских разведчиц, доставили их в дом Прокофьевой. У одной при обыске был обнаружен пистолет. Переводчики при допросе разведчиц были братья Милославские. Всех разведчиц расстреляли.

В марте 1942 г. при переходе линии фронта со спецзаданием немцами был задержан и доставлен в д. Немцово Миронов Николай Михайлович, 1888 года рождения, уроженец г. Старица. Допрашивал его немецкий офицер, а переводчиком был Милославский Виктор.

Неудовлетворившись полным ответом Миронова или переводом, офицер отдал распоряжение и пришел Скобелев Федор и на чистом немецком языке стал что-то говорить с офицером, а затем начался допрос. Потом через штаб полка Миронов был доставлен в отдел 1-е штаба пехотной дивизии в д. Мануйлово.

В январе 1942 г. разведчица Иванова Ираида Семеновна со станции Старая Торопа вместе с напарницей Яковлевой Марией разведотделом штаба 29 армии с разведзаданием были заброшены в район Ржева. Выполнив задание, они возвращались через д. Немцово, где их задержал староста и передал немцам.

После задержания их доставили в немецкий штаб, где они были разоблачены. Так как Яковлева переходила линию фронта в седьмой раз, то немцы расстреляли ее в Ржеве, а Иванову посадили в тюрьму при «СД» г. Ржева, откуда после тифозного заболевания она была угнана в Германию.

15 апреля 1942 г. разведотделом штаба 29 армии переброшены с разведзаданием Галкина Анастасия Васильевна, уроженка д. Микулино-Городище Лотошинского района Московской области, жительница г. Калинина, вместе с Балуевой Верой Петровной, уроженкой д. Дубровка Кировского района Калининской области, и Вьюновой Ниной Леонидовной, уроженкой и жительницей г. Калинина. При переходе линии фронта они были задержаны и доставлены в д. Немцово. В д. Немцово они встретились с другой группой разведчиц из 8-ми человек. На другой день их отправили в отдел 1-е штаба.

Со слов Колосовой Прасковьи Ивановны, 1896 г. рождения, уроженки и жительницы д. Немцово, в апреле 1942 г. немецкие солдаты привели в деревню пять девушек - партизанок. После допроса за деревней в леске, в пятистах метрах, расстреляли из автоматов. На второй день жители деревни закопали их. Примерно через две недели, в начале мая 1942 г., немцы доставили семь русских девушек и там же расстреляли. В третий раз расстрелами четырех девушек, одетых в фуфайки и черные шинели. В 1942 г. лично видела, как пять русских летчиков были взяты в плен. После допросов и пытки они расстреляли их за деревней на том же месте.

Скобелев Федор как переводчик не раз участвовал в допросах советских пленных и изменников, перешедших на сторону врага, но не только их, а и гражданских лиц и женщин, которых переходило больше пятнадцати-двадцати человек, особенно в апреле 1942 года. Эти были женщины в возрасте от двадцати до тридцати лет. Большинство из них - калининские. Их всех забирали и по линии железной дороги направляли в штаб в д. Пантюково. Некоторые из них говорили, что перешли к немцам сами. Допрашивались они первоначально у шефа - коменданта высокого роста, худощавого, сердитого немца, лет 35-ти, а после отправлялись в главный штаб в д. Мануйлово. Там содержались арестованные.

В период распутицы 1942 г. Разумовская Ольга слышала от Милославского Виктора, что немцы задержали трех женщин в военной форме. Их признали за партизан и хотели расстрелять. Допрашивались они в доме Волоскова Степана Кузьмича, который сам находился в д. Гляденово.

В июле 1942 г. в д. Немцово перешли наши пулеметчики, притащив два пулемета.

В начале августа 1942 г. перешел к немцам Соловьев Иван Осипович, родом из Сибири, но жил до войны под Калинином, был женат и имел трех детей. Перешел с целью спасти себя, так как Сталин издал приказ 28 июля 1942 г., чтобы все войска вели наступление. Он сообщил немцам, что сам из кавалерийской части. У них в д. Климово триста двадцать лошадей.

После него 5-6 августа 1942 г. был еще один изменник, который сказал немцам, что он из обоза в д. Зальково и оттуда направлен на передовую, что всех здоровых из обоза заменили ранеными и калеками.

Скобелеву пришлось допрашивать с немецким комендантом двух красноармейцев, которые были не русскими, их под конвоем отправили в лагерь г. Ржева.

Жигалин Михаил из д. Немцово, перешедший линию фронта, прибыл в г. Торжок, и оттуда куда-то исчез.


(Продолжение следует)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение     
Спонсор
Maria
Мэтр
Мэтр
Репутация: 41

Пол: Пол:Жен
Гороскоп: Весы
Китайский: Тигр
Зарегистрирован: 05.03.2006
Сообщения: 7935

Награды: 1 (Детали)
Золотая медаль (Сумма: 1)



СообщениеДобавлено: Пт Сен 5 10:38:35 2008    Заголовок сообщения: Ржев в оккупации Ответить с цитатой

Деревня Оленино

Летом 1942 года, во время сенокоса был случай, когда группа мужчин деревни вместе со старостой Арсеньевым Акимом Арсеньевичем шла на покос с женщинами, которые убирали сено. Увидели, что там находится один боец, которого кормили женщины. Боец рассказал, что он был в окружении под г. Белый и сейчас пробирается к своим. Тогда староста сказал бойцу: «Ты арестован и сейчас тебя сведут к немцам». Боец стал просить старосту не отводить его к немцам. Об этом просили и женщины, но он их не послушал, а велел Новикову Илье Дмитриевичу, 1915 г. рождения, уроженцу и жителю д. Оленино и Колобушкину Александру Михайловичу взять бойца и отвести. Они втроем повели бойца к дому Доброходовой Антонины Васильевны. Пока Доброходова кормила бойца, в деревне появилась повозка с двумя немцами. Староста остановил ее. Новиков и Колобушкин подвели к повозке бойца. Немцы повезли его в направлении д. Медведево. Дальнейшая судьба бойца неизвестна.

В первых числах июля 1942 года в деревню пришли военнослужащие Красной Армии. Они шли по задворкам деревни со стороны д. Кульнево в сторону д. Медведево. Их заметил старшина Артемовской волости Морозов Петр Павлович, проживавший в д. Оленино. Морозов пришел к старосте Арсоньеву и заявил: «Что ты глядишь? Красноармейцы идут по деревне, а ты не задерживаешь». Арсеньев быстро собрался и пошел к своим соседям: Доброходову Дмитрию и Новикову Илье. И все четверо пошли догонять красноармейцев. На краю деревни они их догнали. Каждый взял за рукав по одному красноармейцу и повел в комендатуру, которая находилась в доме Смирнова Сергея Леоновича. Старшина шел один впереди. Военнослужащие потом работали при воинской части, которая стояла в деревне. Жили они во дворе дома Смирнова. Через две недели часть из д. Оленино выехала, а с ними и эти военнопленные.

Летом 1942 года были арестованы жители д. Оленино Громов Николай Павлович и его сын Анатолий и расстреляны за кражу каких-то вещей у немцев, живших в их доме.

Так же арестован житель деревни Доброходов Дмитрий Федорович на основании заявления, поданного жителем д. Оленино о том, что он бывший член сельского Совета и участвовал в раскулачивании. Арестовал его немецкий переводчик и отвел в комендатуру. После его ареста на другой день вызывалась в комендатуру Иванова Мария Ивановна и жители поэтому говорили, что видимо она написала заявление. Отец старшины - Морозов Павел Павлович и Цветков.

Николай Николаевич рассказывали, что их тоже вызывали в комендатуру, которая была в доме Новикова Михаила по делу Доброходова, так как на него подала заявление Иванова.

Через несколько дней прошел слух, что Доброходов расстрелян.

Деревня Осуйское

Виноградов Дмитрий Нилович, 1906 года рождения, уроженец г. Ленинграда, как начальник волостной полиции в июле или в августе 1942 года принимал участие в аресте четырех советских граждан, подозреваемых в связях с партизанами, которые в д. Осуйское старшиной волости Сверидовым Федором Григорьевичем были переданы немцам и последними расстреляны.

Деревня Панино

Старостой деревни являлся Коршаков Алексей Яковлевич, а с сентября 1942 года стала Соловьева Марфа Егоровна, 1885 г. рождения, уроженка д. Погорелки.

В феврале 1942 года в деревне расстреляны: Шибанова и ее брат Алексей, 17 лет. Иванова Вера Павловна сожительствовала с немецким переводчиком, а Волкова Мария Павловна - с унтер-офицером.

Деревня Пеленичино

Старостой был Корольков Иван Куприянович, но его почему-то сняли. В конце ноября 1941 года в деревню приехал немецкий офицер - комендант из д. Грешниково и назначил старостой Смирнова Петра Ильича, 1892 года рождения, уроженца д. Пеленичино.

3 сентября 1941 года Ржевским РВК Смирнов Петр был мобилизован и для прохождения службы направлен в военно-продуктовую базу в д. Муравьево в двух-трех километрах от д. Пеленичино.

15 октября 1941 года Ржевский район заняли немцы и он в числе тридцати человек, работавших на базе, остался на оккупированной территории. Его задачей, как старосты, было задерживать и доставлять в комендатуру партизан и скрывавшихся военнопленных.

Старшего сына Александра, 1922 года рождения, он устроил полицейским, а Петра, 1925 года, пристроил на немецкой кухне, которая размещалась в его доме.

Много хлопот, как старосте, ему доставляли Суязнов Виктор, шестнадцати лет и Баландин Георгий, пятнадцати лет, которые особенно часто уклонялись от работы на немцев. О них он докладывал коменданту.

Осенью 1942 года отобрал и отправил на работу в г. Ржев: Герасимова Ивана Павловича, 1925 года рождения, уроженца и жителя д. Пеленичино, Сынкова Петра Ивановича, 1906 года рождения, уроженца д. Перхурово, жителя д. Пеленичино и Абрамова Михаила Даниловича, 1906 года рождения, где их поместили в штарфной лагерь по улице Декабристов, огороженный проволокой.

Примерно в январе 1942 года произошел такой случай. Житель поселка лесозавода Абрамов Иван Васильевич, 1913 года рождения, уроженец д. Ново-Михеево Зубцовского района, вместе с братом жены Крыловым Борисом Алексеевичем и военнопленным Минечкиным Алексеем находились в д. Зарубино. Возвращались часа в четыре вечера в г. Ржев. Немец, вышедший из дома, на русском языке крикнул: «Русские, вернитесь сюда». Их задержали. Стали спрашивать зачем приходили в деревню. Направили в штаб в д. Пеленичино. Деревни Зарубино и Пеленичино находятся друг от друга на расстоянии 100 метров и разделяет их маленькая речка. В д. Пеленичино Абрамова Ивана допрашивали два раза русский переводчик, а переводчиком, проживавшим у старосты в доме был Алексей Павлович, лет сорока восьми, белоэмигрант и немецкий офицер. Когда Абрамова спросили: «Кто такой Минечкин?» Ответил: «Служил в Красной Армии старшиной при зенитной точке на берегу Волги, около Ржева. Проживает у его матери в подсобном хозяйстве льночесальной фабрики. Попал в окружение. До армии был учителем. Имеет наган, три гранаты, карту и кинжал». Был вызван на допрос Минечкин, допрос которого длился около полутора часа. После этого Абрамов видел, как Минечкина с завязанными назад руками провели через коридор и посадили в чулан. Минечкин плакал. Абрамова отпустили, а Минечкина повесили.

Жительница д. Пеленичино Шувалова Мария Степановна была очевидцем, когда по деревне немцы вели одного неизвестного человека, который кричал: «Застрелите меня». Это был молодой человек, как потом говорили с 1919 года рождения. Одет в фуфайку, брюки, кубанку военного образца. На груди дощечка «Разоблачен как партизан».

Братья Герасимовы Иван Павлович, 1925 года рождения и Петр Павлович, 1927 года рождения, уроженцы д. Пеленичино видели, как из дома старосты Смирнова Петра немцы вывели одного неизвестного гражданина и повесили на дереве около дома Барановой Александры, в котором жили Герасимовы.

На второй день Абрамов Иван тоже видел труп Минечкина.

Что известно о Минечкине? Это был молодой человек, среднего роста, широкоплечий, с русыми волосами, уроженец Вологодской области. Зенитная часть, в которой служил Минечкин, не смогла выйти из окружения. Были задержаны немцами и доставлены в Ржевский лагерь военнопленных на базе «Заготзерно». При распределении военнопленных на работу его направили в подсобное хозяйство горуправы. Заведующий подсобным хозяйством Баштырев Василий Сергеевич, 1890 года рождения в конце 1941 года пришел к Абрамовой Елизавете Ивановне, 1885 года рождения, проживающей в п. льночесальной фабрики и сказал: «баб, пусть у тебя на квартире поживет вот этот парень. Он будет здесь сторожем». Минечкин имел намерение перейти на сторону Красной Армии. Он говорил: «Как только поближе придвинется фронт, все равно перейду фронт на сторону Красной Армии». Товарищ Минечкина, с которым он хотел перейти к нашим, проживал в какой-то деревне.

Еще осенью 1941 года несколько женщин из д. Зарубино в поле, в стогу сена, обнаружили двух военнослужащих Красной Армии. С женщинами были немецкие солдаты, которые задержали их и отвели в комендатуру д. Зарубино.

В июне 1942 года Смирнов Александр Петрович с немецким солдатом задержали двух летчиков с подбитого самолета. Их привели в комендатуру. Летчики спрашивали у Смирнова Петра, что с ними сделают немцы? Не расстреляют ли? » Смирнов Петр сказал: «Если будете говорить правду, то не расстреляют». Вскоре Смирнов Александр, как полицейский, увез их в г. Ржев.

Роденков Алексей Владимирович что-то украл у немцев и немцы его разыскивали. Они спрашивали у старосты Смирнова, где может скрываться Роденков. Смирнов ответил, что в д. Пеленичино у Роденкова есть дедушка и бабушка Вишняковы. Роденкова поймали у Вишняковых в начале июля 1942 года. Были арестованы: Вишняков Василий Никифорович, Вишнякова Акулина Петровна, Вишняков Николай Владимирович и Роденков. При обыске у Роденкова обнаружили табак и папиросы. Его привязали к тополю и избивали, затем куда-то увезли на автомашине. Его брата Вишнякова Николая немцы угнали в свой тыл и в послевоенное время он так и не вернулся домой.

Сам Смирнов Петр, отступая с немцами под г. Дорогобуж Смоленской области, добровольно поступил на службу в немецкую армию и после войны скрывался на территории Кировской области. Туда же вернулся из Германии его сын Александр, который там и умер.

В феврале 1943 года в д. Пеленичино, в одиннадцати километрах от города, стоял 6 саперный батальон майора Бельмана. В деревне с 1943 года находился отдел 1-ц 6ПД.

(Продолжение следует)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение     
Maria
Мэтр
Мэтр
Репутация: 41

Пол: Пол:Жен
Гороскоп: Весы
Китайский: Тигр
Зарегистрирован: 05.03.2006
Сообщения: 7935

Награды: 1 (Детали)
Золотая медаль (Сумма: 1)



СообщениеДобавлено: Сб Сен 6 11:12:22 2008    Заголовок сообщения: Ржев в оккупации Ответить с цитатой

Деревня Пирютино

Старостой в ноябре - декабре 1941 г. был Снобов Павел Тимофеевич, 1913г. р., уроженец д. Пирютино, затем Козлов Григорий Никифорович до февраля 43 г. Переводчица при комендатуре - Пологина Валентина Кузьминична.

В деревне в период оккупации проживали бывший председатель колхоза Балакирева Аграфена Васильевна, 1886 года рождения, и ее дочь Смирнова Прасковья Васильевна, 1914 года рождения, уроженка д. Пирютино. В начале оккупации в их доме квартировали рядовые немцы и временами к ним ездил немецкий офицер с переводчиком из числа русских военнопленных по имени Федор. С переводчиком приезжала какая-то девушка, которая сожительствовала с ним. Этот офицер и переводчик допрашивал жителей д. Мнякино: Родинкову Екатерину Степановну, Еремееву Татьяну Алексеевну и Родинкова Николая Андреяновича.

К концу 1941 года в доме поселились немецкие офицеры. У них в доме также жила как квартирантка с лесозавода Прохорова-Масляникова Антонина, лет тридцати.

Деревня Поволжье

Старостой д. Поволжье был Зетилов Иван Иванович. В деревне до войны проживал Соколов Павел Тимофеевич, 1893 года рождения, уроженец д. Малахово Ржевского района. Отец и мать его занимались торговлей, а он сам был женат на дочери крупного кулака Фоканова Ивана Ивановича - Анне. Перед оккупацией Соколов работал комендантом аэродрома Ржевского аэроклуба Осовиахима. За распространение панических слухов и восхваление немецкой армии Военным трибуналом 31 армии он был приговорен к расстрелу. 1 октября 1941 Соколов бежал из Ржевской тюрьмы. Был объявлен в розыск. Примерно в ноябре 1941 года прибыл в д. Поволжье, оккупированную немцами. Уроженец и житель д. Поволжье, бывший завхоз Ржевского горкомхоза Вихров Иван Александрович, 1898 года рождения, встретившись с Соколовым сказал: «Как ты хорошо одет». Соколов ответил: «Дай бог здоровья Германским властям. Вот я сидел в тюрьме. Сбежал и пошел на занятую немцами территорию. Германский солдат отвел меня в штаб к генералу, которому я показал свой приговор. Генерал сказал, это настоящий наш человек, из-под смерти убежал. Приказал меня одеть в хорошую одежду. Выделили хорошие белые валеные сапоги с галошами, новый бостоновый костюм темно-синего цвета, новое зимнее пальто и новую кепку». Соколов ежедневно ходил в Ржев.

Примерно в 29 ноября 1941 года, днем, в пятнадцать часов, в дом Вихрова вошли два неизвестных ему человека в штатском. Они потребовали у Вихрова сдать им патроны и оружие. Вихров спросил: «Кто вы будете?» Первый из них назвался Лисициным Михаилом, агентом «СД», а второй - начальником 1 полицейского участка Михайловым. С ними был староста Зетилов. Когда Вихров отказался сдать оружие, Лисицин предложил пойти с ним в 1 полицейский участок г. Ржева. Они посадили Вихрова в сани и отвезли в Ржев на Ленинградское шоссе, в дом бывшего следователя Тарасова. Пробыв там минут пятнадцать, Лисицин отвел Вихрова в штаб, который располагался в бывшей 4 школе на берегу Волги. Так как Вихрова туда привезли вечером, то сразу посадили в амбар.

На другой день конвоир принес кружку воды и сто грамм черного хлеба. В пятнадцать часов Вихрова привели на допрос. Допрашивал немец в чине офицера. После выяснения сведений о личности, немец спросил: «А вот для чего ты сохраняешь патроны и оружие? На тебя у нас имеется заявление». Вихров признал почерк Соколова. Вихров ответил, что ничего этого не имеет. Тогда офицер сказал: «Вы говорите мне всю правду. Это ведь не советская власть, а власть Германского правительства. Вас допрашивает начальник Германского «СД».

Допрос длился в течение трех часов. Просидел Вихров тринадцать суток и ежедневно вызывался на допрос, где повторялось одно и тоже. На тринадцатые сутки мимо помещения, где сидел Вихров под арестом, прошел бывший заместитель материального склада Ржевского лесозавода Румянцев Дмитрий Константинович.

Вихров через отверстие в двери крикнул: «Румянцев, выручайте». Румянцев оглянулся и тихо сказал: «Как сюда попал?» И не задерживаясь, пошел в помещение «СД». Через часа полтора Вихрова вызвал начальник «СД» и стал допрашивать, предлагая сдать оружие и патроны. Потом он сказал: «Идите на улицу и немного помогите поработать на кухне». Конвой был снят. Вихров ходил свободно. Не прошло двух часов, Вихрова снова позвал немец и сказал: «Вы сейчас будете отпущены домой, но должны знать, что вы обязаны будете через три дня приходить на явку в «СД». Обо всем, что будет вами замечено, как-то: порыв проводов, о лицах недовольных германскими властями, о партизанах будете сообщать нам».

Так был завербован Вихров Иван Александрович в «СД».

Когда Вихров пошел домой, то заглянул к Румянцеву. Румянцев первоначально отругал Вихрова, а затем сказал: «Я за тебя поручился». Вихров спросил, где он работает, Румянцев ответил: «начальником Особого отдела у немцев. Если бы я сегодня тебя не встретил, то ты бы сегодня был повешен». И попросил привезти ему ржи.

По показанию старосты д. Поволжье Зетилова Ивана Ивановича, 1910 года рождения, уроженца д. Поволжье. До войны он работал пожарником на заводе «Сельмаш» в Ржеве, а жил в д. Поволжье. Призван Ржевским РВК и зачислен в 53 полк войск НКВД. 8-9 октября 1941 года, находясь в гарнизоне «Синяя» на охране моста вблизи Погорелого Городища, попал в окружение и пришел в д. Сбоево к родственнику Василию Алексеевичу, по прозвищу «Хозяйчик», где переоделся и 28 ноября 1941 года прибыл в д. Поволжье. На другой день в деревню приехал немецкий офицер Канавский с переводчиком Василием. Они сказали, что он будет старостой деревни, а переводчик от своего имени добавил: «Это наш комендант и располагается в зданиях склада № 40 в г. Ржеве».

После назначения старостой, Зетилов ездил в г. Ржев в горуправу, так как от полицейского 1 участка Волкова получил повестку от старшины Ржевской волости Некрасова о явке в горуправу за удостоверением старосты. Ездил вместе с Романовым Сергеем Федоровичем, уполномоченным по подготовке землеустройства. Явились к Полякову, а затем его принимал заместитель Сафронова Дунаев.

Свез в Ржев одиннадцать центнеров ржи и сдал на склад № 40. В ноябре 1941 года был на собрании старост. Присутствовало более ста человек. Собрание проводил немецкий офицер и Сафронов. Немецкий офицер говорил о подготовке к весеннему севу, а Сафронов о сборе имущества, растащенного населением. От Некрасова получил указание составить список жителей деревни. В д. Поволжье проживали два члена ВКБ(б): Форсунов Петр Михайлович и Вихров Иван Александрович, но он в списке не указал, что они члены ВКП(б).

Вихров поругался с жителем д. Поволжье Соколовым Павлом Тимофеевичем. Тот был ранее осужден к ВМН, но при наступлении немцев сбежал он конвоя и проживал на оккупированной территории.

В ноябре - декабре 1941 года Соколов написал заявление в «СД» о том, что Вихров член ВКП(б). Из г. Ржева приехал жандарм, арестовал Вихрова и увез в город. Зетилова повесткой вызвали в «СД». На второй или третий день его допрашивали в «СД» в г. Ржеве. Спрашивали, являлся ли Вихров коммунистом, где работал при советской власти, какое влияние оказывал на народ. Ответил: был ли коммунистом - не знает. До войны работал в горбане, заведовал топливом. Из города домой приходил поздно.

После допроса немецкий офицер сказал: «У нас одно решение - или выпустить, или расстрелять». Зетилов сказал: «Надо выпустить. Он ничего плохого не делал. У него пятеро маленьких детей».

При допросе присутствовал начальник административного отдела Ржевской горуправы Румянцев Дмитрий Константинович. Румянцев подтвердил сказанные Зетиловым слова. К вечеру этого дня Вихров вернулся в деревню.

Вблизи д. Поволжье о действиях партизанского отряда ничего слышно не было. У коменданта деревни был переводчик Ольцебок Иван. Со слов жительницы д. Поволжье Талызиной Надежды Парфеновны, 1897 года рождения, уроженки д. Поволжье, на собрании жителей деревни было две кандидатуры: Образцова Василия Васильевича и Зетилова Ивана Ивановича. Образцов отказался. Зетилов согласился быть старостой. Голосования не было. Зетилов заставлял носить пищу немецким солдатам на передовую линию фронта. В плохую погоду Форсунов Андрей Михайлович попал в пургу и замерз, а ее муж Талызин Андрей Михайлович обморозился. Фронт был за шесть километров от д. Поволжье. Зетилов вместе с Соколовым Павлом Тимофеевичем производили обыск у Кочнова Тимофея Васильевича и Вихрова Ивана Александровича. Зетилов посадил в холодную Талызину Веру Андреевну и Форсунову Марию Андреевну за то, что топили баню без его разрешения.

В августе 1942 года в связи с наступлением Красной Армии Зетилов на лошади эвакуировался в д. Соколово Ржевского района.

Деревня Подсосонье

Старостой с ноября 1941 года по февраль 1943 года был Кирсанов Николай Кирсанович, который ранее был в плену в Германии и знал немецкий язык. Комендант проживал в доме Виноградовой Ольги Прохоровны, уроженки Оленинского района, жительницы д. Подсосонье.

Летом 1942 года около деревни немцами был задержан один военнослужащий Красной Армии. Его доставили в дом к коменданту. Допросили, а на утро на автомашине куда-то отправили. 15 января 1943 года к жителю деревни Образцову Михаилу Васильевичу, 1908 года рождения, в 1938 году судимому по ст. 58-10 УК, пришел немецкий офицер с переводчиком Артуром и старостой и предложил поступить в полицию.

Деревня Половинино

Старостой деревни с декабря 1941 года был Пробылов Василий Васильевич, который в феврале 1942 года расстрелян немцами. 15 апреля 1942 года избран Смирнов Трофим Григорьевич, 1887 года рождения, уроженец д. Половинино, который с 1914 года по 1918 год был в плену в Германии. Заместителем старосты являлись Веселова Антонина Васильевна, 1923 года рождения, уроженка д. Полтино Оленинского района, которая имела связь с фельдфебелем Карлом, находившимся в деревне с апреля 1942 года по 16 февраля 1943 года. Она была знакома с военнопленным, работавшим на немецкой кухне.

Комендант жил у Дмитриевой Александры Алексеевны. Он фельдфебель, звали Вальтер. Переводчик Иван. В деревне жили два коммуниста: Цветков Иван Устинович и бывший председатель колхоза Смирнов Василий Евгеньевич, о которых староста поставил в известность коменданта.

10 ноября в д. Половинино религиозный праздник. Гнали самогон. В гостях у Смирнова Василия были сотрудники комендатуры. В деревне имелась брошюра на русском языке: «Я враг большевистской власти».

Комендант выехал из деревни в сентябре 1942 года. Падчерица Богдановой Аграфены Петровны, 1901 года рождения, жительницы д. Половинино Богданова Антонина Ивановна находилась в партизанском отряде, созданном из командиров и красноармейцев, попавших в окружение в феврале 1942 года.

Кудрявцев Андрей Николаевич, 1896 года рождения, уроженец и житель д. Дмитрово Ржевского района, показал, что летом 1942 года в районе передовой линии немцами были задержаны двенадцать партизан, одна из них - Богданова из д. Половинино.

(Продолжение следует)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение     
Maria
Мэтр
Мэтр
Репутация: 41

Пол: Пол:Жен
Гороскоп: Весы
Китайский: Тигр
Зарегистрирован: 05.03.2006
Сообщения: 7935

Награды: 1 (Детали)
Золотая медаль (Сумма: 1)



СообщениеДобавлено: Вс Сен 7 10:22:24 2008    Заголовок сообщения: Ржев в оккупации Ответить с цитатой

Деревня Полунино

В период временной оккупации там располагался штаб 256 пехотной дивизии, входившей в состав 6 армейского корпуса 9 армии. Командиром ее в то время являлся генерал-лейтенант Кауфман, но сам он в дер. Полунино не находился, а командовал дивизией тогда его заместитель полковник Вебер. Начальником штаба дивизии был подполковник фон Варбург. Начальник отдела 1-ц оберлейтенант. С конца марта до июля 1942 года командиром отдельного жандармского отряда № 256 являлся Швиддер Карл Вильгельм, 1899 года рождения, уроженец округа Найденбург (Восточная Пруссия). Он окончил восемь классов народной школы. С 1937 года член НСДАП. С 1922 года служил в шуцполиции, т. е. в наружной полиции, а с 1935 года в жандармерии. Участвовал в войне с Польшей и Францией, а с 1941 года находился на оккупированной территории Советского Союза. Имел звание лейтенанта. В его подчинении было тридцать жандармов: штабсфельдфебель Гаинке, оберфельдфебели Геле, Клюге; ефрейтор Бартелос.

В дер. Полунино Швиддер жил в доме Комаровой Анны Петровны, которая имела двух сыновей: Юрия, 1926 года рождения, и Анатолия, 1929 года рождения. Этот дом находился посреди улицы у моста, а напротив жил полковник Вебер. Вместе с Швиддером в доме проживало восемь жандармов. В доме находилась и канцелярия жандармского отряда, имелся телефон и пишущая машинка. В канцелярию приводили задержанных военнопленных. Швиддер занимался и своими дезертирами, задерживал и направлял их в штаб дивизии, а русских военнопленных в лагеря. Задержанных лиц подозрительных на шпионаж, направлял также в штаб дивизии. Так как партизанское движение в то время никак не проявляло себя, то от командования указаний на борьбу с партизанами он не получал.

256 пехотная дивизия в районе дер. Полунино и других деревень занимала передовую линию фронта. Других воинских частей там не было. Начальник отдела 1-ц штаба 256 пехотной дивизии производил допросы всех задержанных лиц и военнопленных.

22 февраля 1942 года, примерно в 6 часов утра, разведотделом штаба 29 армии с разведзаданием через линию фронта было направлено пять разведчиц: Глицук Зинаида Петровна, 1920 года рождения, уроженка с. Бурашево Калининского района, Суворина Анна Ивановна, 1923 года рождения, уроженка д. Богуново Торжокского района, Лебедева Полина Парфирьевна, 1923 года рождения, уроженка г. Калинина, Пушкова Нина Федоровна, 1925 года рождения, уроженка д. Дулево Молодотудского района и Никитина Ольга.

Первой и главной задачей являлось: разыскать генерала Петрова, который остался в окружении, вывести его и других военнослужащих через линию фронта, разведать расположение немецких войск в д. Оленино, Каменская и Бочарово. Разведчицы пошли прямо на кустарник, где должна быть дорога и там разойтись в разных направлениях. Но, пройдя кустарник, дороги не обнаружили, а в метрах 20-30 услышали немецкую речь. Приняли решение бежать обратно. Немцы, заметив их, дали осветительную ракету, которая вынудила ползти ползком. Немцы открыли огонь из автоматов, в результате чего Никитина Ольга была смертельно ранена в голову. Четверых разведчиц взяли в плен и повели в штаб, расположенный примерно в двух километрах от места их задержания. В штабе их допросил немецкий офицер через переводчика. Никто не признался в принадлежности к разведке. В тот же день их направили в д. Полунино, куда пришли в полдень.

В ночь с 27 на 28 февраля 1942 года разведотделом штаба 29 армии были переброшены разведчица Щербакова Валентина Сергеевна, 1924 года рождения с напарницей Тихоновой Таисией Тимофеевной, 1922 года рождения, уроженки д. Прысково Ржевского района, но к месту переброски они ехали с Кошелевой Ольгой Андреевной, 1924 года рождения, уроженкой д. Погорелища Кушалинского района Калининской области, Емельяновой Зоей Ивановной, 1926 года рождения, уроженкой г. Калинина, Силькиной Валентиной и Анной. Перебрасывали их попарно. Сразу же после переброски Щербакова Валентина и ее напарница были задержаны и когда их доставили в д. Полунино, что в 18 километрах от г. Ржева, то там увидели Кошелеву. Кошелева обратилась к Щербаковой: «Валя, признавайся, всё-равно всё известно». Но Щербакова продолжала говорить легенду. Немецкий офицер, допрашивавший Щербакову, ударил ее рукояткой пистолета по голове в область лба, потекла кровь. Удар был настолько сильным, что она упала с табуретки.

Когда немцы задержали Глицук, Суворину, Лебедеву и Пушкову, то заявили, что давно имеют сведения о их переброске и ждут их.

Задержанных разведчиц в штабе 256 пехотной дивизии в д. Полунино видел начальник отряда полевой жандармерии Швиддер Карл. Там их допрашивал начальник отдела 1-ц оберлейтенант. Допрос продолжался около 8 часов, а ночью они находились под охраной его жандармов в доме Комаровой Анны. Утром под охраной жандармов их отправили в г. Ржев в ГФП (тайная полевая полиция). Из беседы с начальником отдела 1-а штаба дивизии подполковником фон Варбург Швиддер стало известно, что задержанные девушки подозревались в шпионаже.

Со слов Львовой Анны Владимировны, уроженки Ленинграда, жительницы д. Полунино, русских девушек задерживали несколько раз. Весной 1942 года привели нескольких девушек, одну из которых, Ольгу (речь идет о Кошелевой Ольге Андреевне), почему-то оставили в доме Городничевой Степаниды Гавриловны (оставили потому, что отдел 1-ц привлек ее к сотрудничеству для выявления советских разведчиков).

Иногда Оля заходила к Львовой и рассказывала о себе, о том, что пришла с задания из Красной Армии. Оля ходила по деревне. Гуляла с молодежью, а однажды немецкий офицер велел ей угощать молодежь водкой. Городничевой Степаниде Гавриловне было известно, что Оля проживала в ее доме месяца два, а затем увезена в г. Ржев. Задержана немцами она была в д. Казеки Ржевского района. О своем нахождении в д. Полунино сама Кошелева сказала так: «В д. Полунино прожила один месяц. Занималась уборкой у капитана, проживавшего в доме напротив штаба. Через две недели в д. Полунино были доставлены две девушки, одну хорошо знала, звали Аней. Переводчик послал узнать, не разведчица ли она. Вечером переводчик позвал в штаб и спросил. Сказала об Анне. Будучи в лагере военнопленных в Сычевке она видела этих девушек во время их отправки в Германию.

Разведчица разведотдела штаба 29 армии Емельянова Зоя Ивановна, говоря о своем нахождении в д. Полунино, показала, что там первую допрашивали Кошелеву. В штабе видела, как немцы угощали Кошелеву конфетами и папиросами. Кошелева говорила тогда им: «Вы вот не признались. Немцы вас бьют. Я призналась и немцы меня не трогают». Она предлагала им тоже признаться.

Другая разведчица - Щербакова Валентина Сергеевна, встретив Кошелеву в присутствии двух разведчиц - Лисициной Евдокии Сергеевны и Муницыной Зои Ивановны - заявила: «Ну, что, оказывается одинаковый почет, что тебе, что нам» и добавила: «Ну подожди, тебе еще будет за предательство».

В 20 числах июня 1942 года в д. Жеребцово по доносу Суворова Егора Яковлевича, 1906 года рождения, уроженца д. Маломаново, Ларионова Михаила Алексеевича, 1902 года рождения уроженца д. Жеребцово, Соколова Константина Григорьевича, 1924 года рождения, уроженца д. Жеребцово были арестованы комендантом деревни за обнаруженный при обыске хлеб бывший председатель колхоза Илларионов Тимофей Григорьевич и бывший счетовод колхоза, член ВКП(б) Соколов Василий Григорьевич. После трехдневного содержания под арестом их направили в штаб д. Полунино, где расстреляли.

Деревня Радюкино

Старостой деревни с 15 октября 1941 года по 5 января 1942 года был Комаров Степан Афанасьевич, 1903 года рождения, уроженец и житель д. Радюкино. Помощником - Андреев Иван Андреевич, 1888 года рождения, уроженец д. Радюкино. Полицейский - Волков из д. Агарково.

В декабре 1941 года старшина волости Смирнов в д. Митьково проводил собрание старост.

В конце декабря 1941 года было совещание старост в г. Ржеве у Сафронова. Сафронов объявил, что все старосты-партийцы обязаны поставить его в известность о их замене беспартийными.

Немецкая комендатура находилась в доме Барановой Пелагеи Филипповны, 1896 года рождения. Там были комендант, его денщик и писарь. У жителя деревни Ерошенко Андрея жило два офицера.

В начале декабря 1941 года в деревне появились трое неизвестных в гражданской одежде. Немцы задержали их. Унтер-офицер спросил, откуда эти люди. Затем унтер-офицер допросил их. Двое заявили, что находились под стражей, а третий признался, что был красноармейцем и его в присутствии старосты Комарова расстреляли за деревней, а двух куда-то увезли.

Со слов жительницы деревни Барановой Пелагеи в конце ноября или в начале декабря 1941 года в д. Радюкино появился красноармеец. Так как был сильный мороз, красноармеец развел в овине костер. Согревшись, уснул. От костра загорелся овин. Проснувшись, красноармеец побежал. Его заметили деревенские ребята. Сироткин Александр Семенович сообщил о случившемся старосте Комарову. Тот заставил ребят догонять красноармейца вместе с немецкими солдатами. Красноармейца догнали и расстреляли. Были и еще случаи задержания и расстрела красноармейцев.

Деревня Свинино

Д. Свинино разделялось на первую и вторую часть. Она дважды подвергалась оккупации. Первоначально старостой с ноября 1941 года был Смирнов Иван Григорьевич, бывший председатель колхоза. Он был один на д. Свинино и д. Яковлево. А в период второй оккупации Смирнов был старостой только первой части деревни, а второй - Румянцев Василий Иванович. В д. Яковлево стали старостами Виноградов Михаил Николаевич и Панков Федор Васильевич.

Полиция помещалась в первой части в доме Полякова Ильи Ивановича. Он и его жена убиты во время бомбежки. Немецкая комендатура находилась в доме Громова Алексея Ивановича. Деревня входила в Чертолинскую волость, где старшиной являлся Викснит Петр Иванович.

В июне 1942 года немцами расстреляны коммунисты: Малышев Василий Иванович, Иванов Григорий Иванович и Кудрявцев Григорий Николаевич. Сведения о их партийности дал староста Смирнов Иван, считая, что из-за них могут расстрелять его. Вот поэтому ему и пришлось предать их немцам. Их дважды арестовывали, направляли в Ржев для допроса.

Смирнов не посмотрел на то, что Малышев Василий являлся двоюродным его братом. В аресте их принимал участие переводчик Александр Николаевич.

В мае 1942 года жительница д. Старцево Ржевского района Лошакова Елена Никитична, 1908 года рождения, ходила менять вещи на продукты в д. Половинино. Повстречалась с незнакомой женщиной из г. Ржева. Около четырех часов дня они зашли в д. Свинино. Там их задержал немецкий патруль и доставил к одному дому. Через некоторое время подошли жандармы, которые проверили их пропуска. Жандарм спросил: «Зачем сюда попали?». Ответили: «Случайно». Посадили в сарай, где было много задержанных. А утром большую группу женщин до 50-60 человек и 10-15 мужчин погнали в Ржев в комендатуру на улицу Коммуны. Вызывали по деревням и спрашивали всех одновременно. С ней оказались жители д. Старцево Казакова Вера Ивановна и Журавлева Наталия Яковлевна. Допрашивал комендант с переводчиком.

Жительница д. Старцево Ржевского района Виноградова Мария Николаевна, 1921 года рождения, была знакома с бывшим военнослужащим Красной Армии, перешедшим на сторону врага. Появлялся он из д. Свинино, где проживал, в военном плаще с нарукавной нашивкой в три красных треугольника, в пилотке. Рекомендовался Гришей, хотя на руке была татуировка «Вася». Показывал немецкий документ на право ношения оружия. Говорил, что к немцам перешел со своей ротой.

Деревня Свистуны

Председателем местного колхоза до оккупации деревни был Дубков Алексей Ефимович. Так как в большинстве своем оставшиеся на оккупированной территории председатели назначались немцами или избирались старостами, немцы не желали, чтобы старостами были коммунисты.

В ноябре 1941 года в д. Свистуны в доме Розова Василия Андреевича, 1891 года рождения, Дубков провел собрание жителей деревни, где объявил, что он получил распоряжение от немцев об отстранении его от должности председателя колхоза, как члена ВКП(б). Председателем колхоза был избран Розов Василий, а бригадиром Кустов Григорий Ильич, член ВКП(б). В связи с началом войны Розов был мобилизован Ржевским РВК и направлен в рабочий батальон, находившийся в Молодом Туде. С 11 на 12 октября 1941 года рабочий батальон стал отходить из Молодого Туда, командир роты распустил их, и Розов прибыл в д. Свистуны. Старостой был назначен Лебедев Григорий Алексеевич, бывший с 1916 по 1918 год в плену в Германии и знавший немецкий язык. В феврале 1942 года, после отступления наших частей, временно освободивших д. Свистуны, в деревне ночью появились два командира, один имел на петлицах одну шпалу, а другой был сержантом. Одеты были они в белые полушубки, шапки-ушанки, в валенках, имели при себе наганы. В это время жители деревни из своих домов были выселены в погреб, где раньше хранились колхозные пчелиные улья, а в домах жили немцы. Эти командиры просили местных жителей показать дорогу для перехода линии фронта. Но никто из жителей деревни не повел и не указал им. Единственное, что сделали они, то два дня кормили их. Находились командиры то в погребе, то в подвале больницы. При уходе из деревни они обнаружили пропажу своих документов и двух тысяч рублей. Разбираться у них не было времени и они ушли из деревни. После их ухода кто-то из жителей деревни обнаружил их документы, но денег не оказалось.

Садиков Евгений Иванович, 1928 года рождения, уроженец и житель д. Свистуны, в ноябре 1942 года, находясь на станции Чертолино, встретил в группе военнопленных, грузивших уголь в вагоны, того капитана, что в феврале 1942 года находился в д. Свистуны. Поговорить с ним ему не дали немцы, охранявшие военнопленных.

Мать Евгения Садикова Анастасия Михайловна, 1898 года рождения, проживавшая в д. Свистуны, слышала в деревне от кого-то, что второй командир, приходивший в деревню, был убит немцами.

В апреле 1942 года неугодивший в чем-то немецкому коменданту Лебедев Григорий был переизбран и старостой стал Розов Василий. Один раз Розов был в волостном управлении и около десяти раз в комендатуре. Розов произвел сбор теплых вещей для немецкой армии, которые были сданы в штаб д. Азарово. Получили деньги: по три марки за пару сапог и по одной марке за рукавицы. Помощников у Розова был Чикушкин Николай Иванович. В д. Свистуны проживали два коммуниста. Дубков Алексей был убит, Кустов Григорий и Цветкова Мария Ивановна, 1908 года рождения, уроженка д. Звягино, жительница д. Свистуны, муж ее был в партизанах, а ее 14 июня 1942 года как коммунистку отвезли в лагерь в г. Сычевку, где она находилась до 3 августа 1942 года, затем бежала в д. Положаевку Сычевского района Смоленской области, а после освобождения Ржевского района вернулась в д. Свистуны. Кустов Григорий также был арестован и направлен в лагерь и дальнейшая его судьба неизвестна.

В феврале 1942 года в деревню пришел партизан Светохин Андрей, который проживал до прихода частей Красной Армии.

Деревня Соколово

Староста - Поганкин Андрей, осужден. Было два случая, когда в комендатуру приводили военнопленных. В июне 1942 года над деревней был сбит советский самолет. С горевшего самолета выпрыгнули три человека. У одного не раскрылся парашют и он погиб. Два приземлившихся оказались в полукилометре от д. Соколова. Один из них застрелился, а другого немцы схватили живьем. Пойманного привели в деревню и он 10-15 минут стоял на улице. Затем его на мотоцикле увезли в д. Дмитрово.

Зимой 1942 года с передовой линии были приведены два военнослужащих Красной Армии. Их допрашивал переводчик Франц Мая.

В деревне проживал Васильев Александр Егорович, 1892 года рождения, уроженец д. Соколово, который до оккупации являлся председетелем Становского сельсовета, а с 25 декабря 1939 года был депутатом областного Совета. Выглядел он так: высокого роста, худощавый, волосы темно-русые, глаза серые, нос и рот малые, губы тонкие.

Перед оккупацией деревни на него возлагалась обязанность создания партизанской группы. Прибывший в деревню Дмитрово немецкий штаб назначил его на должность старшины волости. «Штаб в д. Дмитрово располагался в доме Бахтеева Владимира Густавовича. Там проводились совещания старост. Туда вызывался Васильев и там его завербовал переводчик Степан для выявления коммунистов и партизан 9 ноября 1941 года.

5 января 1942 года в деревню пришли части Красной Армии, а 23 января 1942 года немцы снова заняли деревню. 19 февраля 1942 года в деревню прибыла комендатура и 1 марта 1942 года старостой деревни назначен Сударев Павел Тихонович, 1898 года рождения, бывший почтовый агент.

В связи с болезнью Сударева, с 15 мая по 1 июля 1942 года старостой работал Васильев. На должность старосты он был назначен переводчиком штаба батальона Шириным Иваном Андреевичем, лет около 60-ти, до 1920 года проживал на Урале, затем бежал в Германию. Из Германии он несколько раз приезжал в Советский Союз, был в Москве и других городах. Собирал шпионские сведения и себя называл диверсантом. Был Ширин ниже среднего роста, лицо узкое, продолговатое, нос тонкий, длинный, волосы рыжеватые.

В 1942 году с сентября месяца в доме Васильева размещалась комендатура, а он сам с Семкой проживал на кухне. У него также жил немецкий полковник, который весной 1942 года был убит и захоронен за деревней.

В январе 1943 года жительница деревни Соколово Евдокия Ивановна сообщила переводчику Францу, что Васильев коммунист и депутат областного Совета.

В феврале 1943 года в д. Зайцево некоторое время размещалась жандармерия.

С 1 августа 1942 года старостой деревни был Поганкин Андрей Яковлевич, 1878 года рождения, уроженец д. Бронниково, житель д. Соколово. В августе 1942 года в д. Соколово к тетке Зайцевой Евдокие Захаровне на своей лошади приехал Зетилов Иван Иванович из д. Поволжье. Он работал возчиком и возил коменданта и переводчика на передовую линию фронта. В январе 1943 года в д. Соколово приехал Полковский Никифор Иванович . Зетилов был вызван в комендатуру, где комендант вместе со старостой Поганкиным назначили Зетилова полицейским деревни. Зетилов ссорился с Сидоровой Верой Кирилловной, 1911 года рождения, уроженкой г. Ленинграда, жительницей д. Соколова. По его заявлению комендант посадил Сидорову в холодную.

В январе 1943 года к коменданту пришла из д. Бронникова Пелагея с жалобой на беженца из д. Кошкино Купцова Илью и просила выселить его за безобразия. Зетилов предупредил Купцова. В конце февраля 1943 года Зетилов вместе с семьей и Купцовым Михаилом выехал в немецкий тыл.

(Продолжение следует)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение     
Спонсор
Maria
Мэтр
Мэтр
Репутация: 41

Пол: Пол:Жен
Гороскоп: Весы
Китайский: Тигр
Зарегистрирован: 05.03.2006
Сообщения: 7935

Награды: 1 (Детали)
Золотая медаль (Сумма: 1)



СообщениеДобавлено: Пн Сен 8 19:05:12 2008    Заголовок сообщения: Ржев в оккупации Ответить с цитатой

БИРЖА ТРУДА

Не лучше дело обстояло и с промышленностью. Хотя для возобновления производства в ноябре 1941 года и была создана биржа труда. Просуществовала биржа до 27 декабря 1941 года. Размещалась она по ул. 3-го Интернационала близ раймага. Возглавлял ее немецкий лейтенант, данные о котором неизвестны, а помощником его был лейтенант Гляс. Административно высланный из Москвы Шиханов Филипп Степанович (умер в 1942 году)-начальник канцелярии. Переводчица Грасс Елизавета Мартыновна, бывший счетовод-кассир ДЭУ-33. При организации биржи комендант просил бургомистра Сафронова скомплектовать штат ее из учителей, поэтому регистраторами были бывшие учителя: Разумихин Алексей Александрович (умер в 1942 году); Савельева Мария Михайловна; Разумихина Васса Алексеевна; а также бывший бухгалтер горпищекомбината Григорьев Иван, две бывшие работницы госбанка Ляхова Мария и Эйзнер Елена, бывшая ученица Елисеева Мария и Глухарев Георгий Митрофанович, проживавший с Грасс Елизаветой на Московском взводе, дом № 4.

Со слов делопроизводителя Ржевской горуправы Савельевой Зои Михайловны 13 ноября 1941 года по распоряжению немецкого коменданта все евреи г. Ржева должны надеть нарукавные повязки. Весной 1942 года комендатура обязала горуправу отвести для них дом. Такой дом был определен по улице 3-го Интернационала угол Урицкого, бывший детский сад. Там разместили 15 семей.

Примерно в июле 1942 года всех евреев, кроме одного часовщика и портного, посадили на автомашину и повезли за город. В овраге около аэропорта расстреляли. Вещи, изъятые полицией, переданы в торговый отдел для реализации через магазин. Оставленные часовщик и портной жили до отступления, потом куда-то исчезли.

Как и кто производил расстрел показал бывший полицейский 2 участка Куликов Яков Семенович, 1898 года рождения, житель г. Ржева. Поздин Петр Евгеньевич сказал: «Завтра утром будет работа» и обращаясь к нему, Селенкову Александру Александровичу и Иванову Николаю Сергеевичу, приказал быть в районе аэропорта. В 7 часов утра прибыли туда. Туда же немцы на машине привезли евреев, 10 или 15 человек. Немцы подводили к воронке по одному еврею и расстреливали из пистолета. Мы трое стояли в стороне, на расстоянии 30-40 метров и смотрели, как немцы расстреливают.

После расстрела евреев Куликов ходил к старосте Новикову Никонору Моисеевичу, взял у него 10 человек с улиц Трудовой и Фрунзе и пошел с ними к месту расстрела закапывать.

И следующая информация. Летом 1942 года арестовано 38 евреев и на поле у аэропорта расстреляны сотрудниками «СД». В 6 часов утра немцы погрузили их на два грузовика. Охрана из полицейских.

Вскоре после освобождения Ржева в центре города, позади разрушенных зданий улиц Коммуны, Декабристов, Ржевской и Смольной обнаружено 8 трупов зверски замученных граждан. Зарыты только снегом и находились в различных положениях; раздеты до нижнего белья, обезображены и окровавлены до неузнаваемости: часовой мастер, лет 35, еврей. Рана в области затылка, сквозная в левом боку, на ладони и пальцах левой руки рваные раны. Его жена, лет 40, еврейка. Сквозная рана во лбу и правом бедре. Правая нога вывернута.

И, наконец, кто повинен в их смерти? Им был Лакуста Михаил Владимирович, 1923 года рождения, уроженец и житель г. Ржева, работавший сапожником в Ржевской комендатуре. По его показанию в начале января 1943 года он посетил квартиру часового мастера, еврея, проживавшего на улице Коммуны и изъял у него десятирублевую золотую монету. После чего предложил Сукачу (Николаю Константиновичу, переводчику комендатуры) расстрелять еврея и его жену. В феврале 1943 года они были расстреляны Сукачем и в числе других расстрелянных брошены в яму. Об этом ему рассказал сам Сукач и его напарник Семенов-Симон Яков, также принимавший участие в расстреле.

Так немцы решили еврейский вопрос в Ржеве.

С мая по август 1942 года работала вторая биржа труда. Располагалась она на улице Смольной в доме № 17. Возглавлял ее оберлейтенант, а переводчиком был Коваленко Карл, примерно 1923 года рождения, уроженец и житель г. Львова, взятый в комендатуру из лагеря военнопленных в г. Ржеве в январе 1942 года. Начальником канцелярии - Смирнов Ипат Моисеевич. Регистраторы: Краюшкина Любовь Пантелееена, дочь заместителя бургомистра, Гладышева Анна Ивановна, 1920 года рождения, уроженка д. Полунино Ржевского района, жительница г. Ржева и Денисова-Бакланова Мария Васильевна, 1921 года рождения, уроженка д. Попелиха Калининского района, жительница г. Ржева.

Прежде всего, большое значение для немецкой группировки имела железная дорога. Особенно ветка Ржев - Вязьма.

Комендатурой 1/532 была поставлена задача восстановления и пуска этой ветки уже к 10 ноябрю 1941 года.

После учета населения в Ржеве и выяснения, кто из железнодорожников остался в оккупированном городе их стали через горуправу направлять в комендатуру, а та непосредственно в немецкие железнодорожные части.

На железнодорожном транспорте у немцев работали: Мамонтов Василий Петрович, Ящерицын Семен Васильевич, Долгополов Иван Иванович, Садов Павел Николаевич, Чураков Александр Петрович, Наумов Константин Павлович, Суслов Петр Александрович, Черванский Петр Степанович, Резанов Георгий Никифорович, Шилкин Анатолий Леонтьевич, Шилкин Леонтий Иванович, Турсков Сергей Михайлович, Фокин Иван, Клыгин Александр, Гурьев Дмитрий, Ботов Иван, Еремеев Дмитрий, Волков Иван и другие.

Полиция и жандармерия на станции Ржев-2 располагалась в трехэтажном каменном доме маслозавода. Мастером был немец Карле Пауль, а переводчиком Филипп Карлович.

По показанию бывшего начальника уголовного розыска Ржевской полиции Белова Ивана Васильевича, 1902 года рождения, жителя г. Ржева, переводчиком шефа депо был учитель химии Арсеньев Борис Арсеньевич.

Что же известно об Арсеньеве-Благовещенском Борисе Арсеньевиче. Родился он в г. Твери в 1891 году. Окончил он Либавское коммерческое училище, затем до 1917 года учился в Варшавском политехническом институте и переведен в Московское императорское высшее техническое училище. Перед оккупацией г. Ржева преподавал химию в средних школах и техникумах г. Ржева, проживал - угол Ржевской улицы и Грацинской, дом № 18а/5б. Где-то в декабре 1941 года к нему пришел бывший преподаватель немецкого языка средней школы № 3 г. Ржева Каппеллини Горальд Юльевич и сказал, что в депо Ржев-2 требуется переводчик и предложил ему эту работу. На другой день Благовещенский пошел к коменданту, где Каппеллини представил его коменданту. Комендант направил его к начальнику депо Ржев-2 немецкому офицеру Клозе, а тот к дорожному мастеру Хаделер.

Во второй половине декабря 1941 года Благовещенский был вызван в «СД», где с ним разговаривал человек, хорошо владевший русским языком, видимо русский. Он завел разговор об успехах немецкой армии, о неизбежном разгроме Красной Армии. Затем заявил, что среди советских людей есть много недовольных немецкими порядками, которых надо выявлять и вести с ними борьбу. Сами вы это сделать не сможете и предложил подобрать для этого людей из числа работающих в депо Ржев-2 недовольных советской властью. Предложил побеседовать с кладовщиком инструментальной мастерской Столбовым.

Примерно, зимой 1942 года Благовещенский получил данные, что женщина, работающая в мед. пункте, занимается хищением медикаментов. Клозе уволил ее.

В феврале 1942 года один рабочий с водокачки сообщил ему, что там работает коммунист. Коммунист был арестован «СД», но затем якобы освобожден.

Заведующим канцелярией депо был немец Рикпорс. Было оформлено около 300 человек, о чем Благовещенский вел специальную книгу. Через недели две-три к Клозе прибыл переводчик-немец Вилли, а он остался при дорожном мастере Хаделере.

12 мая 1942 года вместе с дочерью Ольгой, 1925 года рождения, Благовещенский выехал в Германию. При заполнении немецкой анкеты он указал, что немецким языком владеет хорошо.

20 сентября 1944 года в своей автобиографии Благовещенский указал:

«...с божьей помощью мне и моей дочери удалось избежать эвакуации вглубь

России. Когда немецки е войска заняли Ржев с 12 октября 1941 года по 12 мая

1942 года находился на службе Германской армии, как только позволила

возможность, уехал с дочерью в Германию..... Через Германское общество

Красного Креста и епископство в Латвии, в Риге я, наконец, снова нашел своих

отца и мать.

От родителей я не имел известий с 1921 года по июль 1943 года. С просьбой

посетить моих родителей я обратился к руководителю округа господину Фрицу

Заукель и через его посредство получил пропуск для проезда в Либау для себя

и своей дочери. Нашим начальником производства господином дипломированным

инженером Отто Байер нам был предоставлен для этой цели отпуск с 30 октября

до 14 ноября 1943 года. В Германию мы возвратились своевременно и снова

продолжаем свою работу.

Хайль Гитлер!»

А вот его обращение к господину Государственному секретарю и руководителю Министерства Внутренних дел Тюрингии.

«Глубоко уважаемый господин Государственный секретарь!

Чтобы оправдать свою к Вам просьбу, прошу Вас прочесть мою коротко

изложенную биографию..... первый раз женился в 1922 году..... второй раз

женился в 1937 году...... Перехожу к изложению своей просьбы. С 25 мая

1942 года нас поместили в барак от фабрики. Жизнь в бараке для меня и

дочери губительна. Сам я чувствую в бараке как белая ворона среди черных.

Мне 52 года, но такой скотской культуры и такого сквернословия, как в

бараке я в своей жизни еще не видел и не слышал. Влияние русского

общества на мою дочь пагубно. Сердечно прошу Вас, господин Государственный

секретарь, помогите нам в получении паспортов для иностранцев. Этот паспорт

даст нам возможность снять частную меблированную комнату. В России я все

потерял и никогда туда не возвращусь. Наши русские паспорта находятся в

здешнем полицейском Управлении..., а пока с благодарностью к вам

Хайль Гитлер!»

На это обращение последовал ответ.

«Немецкий рабочий фронт

Управление - Тюрингии Ваймер,

Управление трудовыми резервами 13 сентября 1944 года

Министерству всех оккупированных областей Востока

Берлин-Принц-Лью-Ферд-2

В приложении пересылаю анкеты, биографии и фотокарточки Бориса

Благовещенского и его дочери. Упомянутые получили от начальника Управления

полиции г. Ваймер паспорта иностранцев за №№ 19144 и 018360/43, выданные

5 августа 1944 года.

Хайль Гитлер!

Руководитель Объединения НСДАП Хойер».

О Ржевском периоде деятельности Благовещенского известно и со слов Наумова Константина Павловича, 1909 года рождения, уроженца и жителя г. Ржева, Красноармейская набережная, дом № 66. Наумов показал, что в ноябре 1941 года его вызвали в Управу, где дали направление для работы на транспорте. Переводчик железнодорожной конторы Борис Арсеньевич предложил работать столяром. В январе 1942 года Борис Арсеньевич пришел в мастерскую к Наумову и повел его в контору коменданта, который его завербовал для выявления партийно-советского актива. Делалось это через переводчика Бориса Арсеньевича.

У коменданта депо Ржев-2 работала Колпашникова Александра Дмитриевна, 1923 года рождения, уроженка и жительница г. Ржева, улица Калинина, дом № 11, квартал 12.

22 октября 1941 года в г. Ржеве была запущена в производство маслобойня для получения льняного масла. На маслобойне работал Суворов Сергей Андреевич, 1911 года рождения, уроженец д. Чекулино Оленинского района, житель г. Ржева.

Были открыты жестяная, столярная, кузнечная мастерские, а также веревочная, которую потом взял в аренду житель г. Ржева Сазонов Василий Васильевич. Заведующим кузнечной мастерской был житель г. Ржева Викенст Петр Иванович. В сельскохозяйственной мастерской слесарем работал Колпашников Иван Анатольевич, 1915 года рождения, уроженец и житель г. Ржева.

По сведениям Тихомирова Григория Петровича, 1904 года рождения, жителя г. Ржева, улица Союза, дом 51, в городе функционировала только одна мельница, расположенная против Варваринского кладбища. Это единственное мукомольное предприятие. Мельниками работали Безобразовы: отец и сын Иван с улицы К. Маркса. Вопросами предприятий в горуправе ведал Макушкин Иван Ильич, в прошлом техник. В жестяной и столярной мастерских работало всего до тридцати человек. Изготовляли печи, тазы, ведра для нужд немецкого командования.

Из отчета комендатуры 1/532 видно, что на середину марта 1942 года мастерской изготовлено 372 печки для землянок. Организована мастерская в д. Марьино, в которой около сорока русских рабочих. Ежедневно делают 100 килограммов гвоздей и 150 штук лопат. Был пущен лесозавод, на котором частично использовались военнопленные. В середине ноября 1941 года в комендатуру по вопросу пуска кирпичного завода вызывался бывший инженер этого завода Охотников Иван Иванович, 1908 года рождения, уроженец г. Ровеля, житель г. Ржева.

По указанию коменданта он был назначен директором завода. Был восстановлен локомобиль, затоплена печь на 116 тысяч кирпича. Имелись постоянные рабочие и комендатурой давались 100-150 человек. Шефом был оберлейтенант Гофман. Хотя горуправой и проводились заседания с повесткой дня: «О пуске кирпичного завода», «О состоянии столярной мастерской», но, по мнению комендатуры «авторитет» гражданских властей очень мал, поэтому для привлечения населения к работам приходится использовать военные силы. Вознаграждения почти не играют роли. Вновь созданная управа состоит из неспособных и не подходящих для этой работы лиц».

Трудовая дисциплина, как видно, была низка. Так, по словам Цветкова Михаила Ивановича, 1915 года рождения, жителя г. Ржева работавшего в депо «стучали молоточками, когда смотрят немцы, а не видят, стоим и ничего не делаем».

В феврале 1942 года комендатура 1/532 сообщила: «Снова появились сообщения о подстрекательской пропаганде среди рабочих мастерских. Ведется расследование. Для привлечения к работе чаще прибегают к наказанию тюремным заключением».

Интересно сообщение отделения 1-е VI АК от 9 марта 1942 года о том, что «на вокзале Ржев-2 были арестованы гражданские лица Еремеев Василий и Суслов Петр. В отделении при VI АК они были допрошены. Доказательств их прямой вины в поджоге поезда с горючим нет. По распоряжению отделения 1-ц при VI АК оба были подвергнуты трехдневному аресту без питания, а затем отпущены».

Подробностей о поджоге поезда с горючим не указывалось, хотя работавший в депо Жилкин Леонтий Иванович, 1891 года рождения, житель г. Ржева, говорил о каких-то зажигалках, которые они ставили в вагоны.

В августе 1942 года, как отмечала комендатура, промышленность почти полностью прекратила свою деятельность. Не помогал немцам и их лозунг: «Кто не желает работать, тот не получает есть». Но рабочая сила нужна была и для Германии. Там даже имелось имперское министерство по обеспечению рабочей силой Германии, министром которого являлся Заукель.

В оккупированном Ржеве имелась служба имперской трудовой повинности, расквартированная в городе совместно с одной из военных частей.

Специальная вербовочная контора для выезда в Германию размещалась по улице Смольная, дом 43. Там работали только немцы и переводчик.

Житель г. Ржева Нелекин Борис Егорович, 1905 года рождения, уроженец с. Матвеевка Чкаловской области, рассказал, что 27 декабря 1941 года он в числе 70 человек был вызван в вербовочную контору. Там один из пяти немецких офицеров, говоривший по-русски, сказал: «Если желаете скорей победить Советскую власть и большевиков, то должны помогать Германии своим трудом». Он обещал хорошую жизнь в Германии. Какова хорошая жизнь в бараках Германии видно из письма Благовещенского Бориса Арсеньевича.

В паспорте наших рабочих на немецком и русском языках было написано: «Владельцу сего разрешается выход из помещения единственно ради работы». Вот какую хорошую жизнь давали русским немцы в Германии.

В мае 1942 года комендатура 1/532 в отчете писала: «В Ржеве началась вербовка на работу в Германию и в оккупированные вермахтом области. Обращаются добровольно для переезда гражданские лица всех возрастов и профессий... Три железнодорожных транспорта приблизительно с 650 гражданскими лицами уже отправлены комиссией по найму в Смоленск. Вербовка в Ржеве идет с большим успехом, так как из Германии стали приходить письма от тех, кто уже там работает и о том, что на работе у них хорошие условия, достаточно еды, в стране порядок, к ним относятся хорошо».

В мае 1942 года в д. Боярниково выезжал бургомистр Кузьмин, который на собранном сходе населения ряда деревень выступил, восхвалял жизнь крестьян в Германии, куда он выезжал на экскурсию, призывал население вербоваться.

Бывший староста д. Горчаково Ржевского района Седов Василий Титович, 1884 года рождения, показал, что примерно в июне 1942 года он был извещен о прибытии в д. Першино с жителями деревни для просмотра кино. Собралось около 500 человек. Немецкий офицер пригласил его читать письма, присланные из Германии и дал четыре письма. Седов дал их Соколовой Анне, но она отказалась читать. Одно письмо прочитала бывшая учительница Образцова Елена Ивановна, 1922 года рождения из д. Голышкино. Кино было в клубе на аэродроме около Ржева.

Со слов Игнатьева Ивана Алексеевича, 1890 года рождения, жителя г. Ржева, улица Кооперативная, дом 14, квартального старосты, из Ржева выехало примерно 1000 человек, в их числе Гоменюк Алексей Федорович и Сергей Федорович, Смирновы Прасковья Ивановна и Мария Ивановна.

(Продолжение следует)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение     
Maria
Мэтр
Мэтр
Репутация: 41

Пол: Пол:Жен
Гороскоп: Весы
Китайский: Тигр
Зарегистрирован: 05.03.2006
Сообщения: 7935

Награды: 1 (Детали)
Золотая медаль (Сумма: 1)



СообщениеДобавлено: Вт Сен 9 20:27:07 2008    Заголовок сообщения: Ржев в оккупации Ответить с цитатой

КУЛЬТУРА И ПРОСВЕЩЕНИЕ В ОККУПАЦИЮ

При проведении регистрации населения г. Ржева и Ржевского района было зарегистрировано 150 учителей, из них 40 учителей в г. Ржеве. По согласованию с комендатурой было решено открыть две гимназии, по 60 учеников в каждой. Директором гимназии № 1 был назначен Гаврилов Евгений Иванович, бывший директор средней школы № 8 г. Ржева. В организации гимназии ему помогал Милославский Александр Иванович, бывший директор школы № 5 г. Ржева. Директором гимназии № 2 стал Матысик Павел Никифорович.

Программу по математике составил Михайлов Алексей Фаустович, бывший преподаватель средней школы № 8, по химии - Милославский Александр Иванович, а для начальных классов - Сианьюм Мария Ивановна, 1896 года рождения, уроженка г. Пскова, высланная из Ленинградской области как член семьи осужденного. В оккупацию она проживала в г. Ржеве, улица Калинина, дом № 17.

Жена Милославского - Лелюхина Нина Михайловна была классной дамой.

Как рассказал поступивший в гимназию житель г. Ржева Швара Владимир Сергеевич, 1925 года рождения, уроженец г. Ржева, 1 декабря 1941 года открыта гимназия, 9 и 10 класс, куда поступил и он. По приказу коменданта перед открытием попы служили молебен и окропили святой водой класс. В гимназию принимались все. Обучение платное. Должны были проходить: алгебру, геометрию, географию, закон божий, немецкий язык, физику, историю. Занимались три дня. 3 декабря 1941 года пришел директор и объявил, что гимназия временно закрывается.

Молебен в гимназии провел протоиерей Шиловский Николай Николаевич, примерно 1892 года рождения, до войны и в оккупацию проживал в г. Ржеве. Это был мужчина среднего роста, полный, шатен, носил очки. Из Ржева он бежал в г. Смоленск, где также являлся протоиереем Смоленского кафедрального собора.

После молебна Шиловского заместитель бургомистра Дунаев Сергей поздравил учителей и учащихся. В классы нанесли икон, развесили немецкие плакаты, портреты Гитлера.

В июне 1942 года Ржевская комендатура 1/532 уведомляла вышестоящую инстанцию «Корюк» о том, что 16 июня 1942 года в г. Ржеве вошло в строй школьное предприятие. Вначале как вспомогательное производство с 16 классами восьмилетней школы и 16 классами средней школы для детей от 10 до 15 лет.

Перед открытием школ в помещении Товароведного техникума было собрание учителей. Выступил представитель комендатуры оберлейтенант Роланд, хорошо говоривший по-русски, отвечающий за учебные дела. Он сказал: «В целях борьбы с безнадзорностью детей организуются школы, где должны быть образцовый порядок и дисциплина. Ничего коммунистического, советского не должно быть. В советской школе нет порядка. Ученики не дисциплинированы, невоспитаны и безграмотны».

Учителям был положен оклад 300-400 рублей, который они должны были получать в городской управе и сухой паек в комендатуре. Учителя: Бересенец Анна Викторовна, Смолина Екатерина Михайловна, Кондратьева и другие.

Было открыто четыре народных школы. Одна из них на улице III Интернационала в здании детского сада, другая на улице Ржевской в частном доме, третья на улице Коммуны в здании бывшей школы. Там учительницей была Татьяна Ивановна с Тверской улицы, а в школу ходила Морозова Таня с улицы Калинина. Но из-за плохой посещаемости эта школа была закрыта, и здание школы разбито советской артиллерией. В каждой школе по 50 учеников от 8 до 14 лет. Школы часто посещал оберлейтенант Роланд Фрейгерт Курт Карл. Но в конце июля в начале августа 1942 года школы были закрыты.

Был также открыт детский дом на 50 детей в возрасте от полутора до 14 лет. Заведующий детским домом была Калева Анна. 9 августа 1942 года детдом был ликвидирован, а дети размещены по домам в деревнях: Свербиха, Звягино, Н. Кузнецы и другие. Часть детей вывезли в г.Сычевку, где поместили в Юшинский лагерь «СД-17».

Еще в отчете комендатуры № 1/582 за последнюю декаду ноября 1941 года сообщалось об открытии в г. Ржеве театра на 400 зрителей. Ежедневно давалось два представления в 15.30 и 18.30.

Со слов Соколовской Валентины Николаевны, 1923 года рождения, уроженки и жительницы г. Ржева, она в декабре 1941 года по рекомендации и содействию своей родственницы Сафроновой Анны Петровны поступила в театр, организованный немецкой комендатурой для обслуживания немецкой армии. Группа состояла главным образом из местной молодежи. Выступали в Товароведном техникуме. Первым организатором и руководителем театра был переводчик комендатуры Андреас, выдававший себя за артиста Берлинского театра. Проживал он при комендатуре, слабо владел русским языком. Одет был в армейское обмундирование. Внешне Андреас выглядел так: среднего роста, сутулый, худощавый, каштановые волосы, глаза голубые на выкате, всегда красные, нос прямой, тонкий, длинный, большие белые зубы, походка ровная. Очень часто был в нетрезвом виде.

В отношении Андриаса имеются данные, что он Голубев Василий Федорович, примерно 1888 года рождения, уроженец Воронежской губернии, бывший офицер Деникинской армии, белоэмигрант, проживал в г. Кенигсберге связан с «СД», иногда называл себя Андруховым и Андриас.

А Петровская Мария Максимовна, 1895 года рождения, уроженка и жительница г. Ржева рассказала, как она поступила в этот театр. В конце ноябре 1941 года она пошла в городскую управу, чтобы выяснить, почему за разбитый дом начисляют налог. Встретила бургомистра Сафронова Петра Александровича, которого знала с детства. Он сказал, что будет театр и предложил ей петь в нем. Придя вторично, была приглашена в кабинет Сафронова. Там были: Петрова Анна Степановна, певица; Павлов Семен Петрович, регент Покровской церкви, умер в 1942 году; два немца и секретарь горуправы Савельева Зоя Михайловна. Репетиции были в детских яслях на Ленинградском шоссе между клубом Ржев-1 и спиртоводочным заводом. Там внизу стоял рояль. Был небольшой зал и жили немцы.

Но в отчете по работе отделения 1-с с 21 по 31 декабря 1941 года указывалось, кинотеатр закрыт, так как там разместили солдат. Представления закончились. Однако 24 апреля 1942 года комендант открыл небольшую художественную сцену. В программу был включен цикл лекций. Несмотря на приказ № 907 исполнение русских песен было на русском языке.

Следует пояснить почему комендант, открывая небольшую художественную сцену, включил цикл лекций. Потому, что отдел 1-с в своем составе имел отделение 1-с - пропаганду среди войск, которое занималось вопросами литературы, постановкой лекций, показом кино и так далее, а практической деятельностью этого отделения занималась рота пропаганды, которой командовал капитан фон Лоельгофер.

Еще в отчете о деятельности 1-с за период с 21 по 31 марта 1942 года говорилось, что подразделение пропаганды под руководством герцога фон Лейхтенберга в течение 14 дней с применением автомашин, оборудованных громкоговорителем, проводило работу.

Из сообщения доверенных лиц неселение г. Ржева положительно воспринимает эту пропаганду. О чем вещало это радио, говорит директивное указание отдела 1-с XXIII АК № 905/42 в своем


«Наставлении о нашей пропагандистской работе»:

"Борьба со слухами.

Что мы должны говорить русскому населению?

Возникновение различных слухов среди населения заставляет нас наметить

основные пункты, по которым и должна проводиться пропагандистская работа.

Задача - противодействовать беспокойству среди населения и соответствующими

мероприятиями заглушить все признаки этого беспокойства. На собраниях,

беседах с населением и при разговорах должны убедительно даваться следующие

разъяснения:

1. Советы неустанно распространяют различные слухи и дают фальшивые сведения.

2. Германский фронт в некоторых местах отошел, но это лишь сокращение и

выпрямление линии фронта из стратегических соображений. Оно планомерно и в

строгом порядке.

3. Советы несут большие потери в людском составе, они ужасно возрастают, так

как их командование принуждает свои войска атаковывать хорошо укрепленные

германские позиции.

4. В безвыходном положении находятся не немцы, а Советы.

5. Германская армия, под защитой которой живет население, властно управляет

военным положением. Германская армия во всех ее решениях и мероприятиях, во

всех стадиях развития войны имеет ввиду только благо вверенного ей гражданского

населения.

Поэтому германская армия также ожидает от гражданского населения:

1. Полной поддержки всех проводимых мероприятий, которые конечной целью имеют

уничтожение общего врага - большевизма."

Далее вопросы касались немецких частей, а именно говорилось о борьбе против партизан. Сообщалось, что за последнее время участились случаи, когда партизаны называли себя «отпущенные заключенные» и «противники большевизма», и предлагали продовольствие и водку немецким солдатам. Имеются и такие случаи, когда партизаны переодеваются в немецкую военную форму.

О бывших коммунистах и партийных работниках. Они являются основой распространения вражеской пропаганды среди населения. Требуется систематически их устанавливать, составлять на них списки и постоянно наблюдать за ними.

О колхозных председателях и членах партии, кажущихся подозрительными. Они должны быстро доставляться в отдел 1-с к высшему командованию тайной полевой полиции (ГФП). Они могут считаться партизанами и должны быть подвергнуты быстрому подробному допросу и расстреляны.

В разрезе этого наставления, видимо, действовал бургомистр г. Ржева Кузьмин Владимир Яковлевич, когда комендант в сообщении о своей деятельности за первую декаду апреля 1942 года указывал: «Русский бургомистр передал список с фамилиями и адресами коммунистов, которых ему хотелось бы удалить из города».

После небольшого отступления вернемся к театру. Со слов Соколовской Валентины Николаевны вновь организовывал театр переводчик комендатуры Лейхтенбергский Сергей Николаевич, уроженец г. Петрограда, эмигрировал в Германию, хорошо владел русским, немецким, итальянским, английским языками. Ходил в гражданской одежде, иногда в форме без погон. В Берлине он собирал произведения композиторов.

Известно, что Лейхтенбергский Сергей Николаевич, 1905 года рождения, герцог, племянник итальянской королевы, инженер-химик, проживал в городе Гамбурге. С 1930 по 1935 год председатель отделения НМСНП во Франции.

По сведениям переводчика штаба 9 Армии фон Карцева Бориса Николаевича, 1897 года рождения, уроженца села Ивановское Ярославской губернии, переводчиком штаба 6АК был герцог Лейхтенбергский Николай, примерно 1918 года рождения, уроженец Баварии. Отец его уроженец России, родственник царя Николая II, хорошо владел русским, немецким, французским, английским, итальянским, шведским и норвежским языками.

А по словам переводчика 6ПД Андреева Виктора Александровича, 1899 года рождения, уроженца г. Москвы, он знал герцога Лейхтенбергского Георгия, 1882 года рождения, высокого роста, худощавого, с темными волосами, имевшим лысину, продолговатое лицо с бакенбардами. Он имел имение в Баварии. Родственник русского царя Николая II. В Берлине принимал активное участие в издательстве антисоветской литературы.

По словам Хацкевич Веры Антоновны, 1923 года рождения, уроженки и жительницы г. Ржева все началось с того, что к ней пришла подруга Иванова Галина Григорьевна, 1925 года рождения, проживавшая на улице III Интернационала, и сказала, что немцы открывают театр, куда набираются лица с артистическими наклонностями. Об открытии театра и наборе артистов расклеены объявления. Поступившие будут обеспечиваться продуктами питания и деньгами. Хацкевич Вера, Хацкевич Нина и Иванова пошли в горуправу на улицу Володарского, где ранее размещался детсад имени 1 Мая. Там их зарегистрировали и сказали: «Когда потребуетесь - мы вас вызовем».

Соколовская Валентина Николаевна попала в театр иным путем. В марте 1942 года она получила повестку явиться в комендатуру к оберлейтенанту Графф.

Когда явилась, то там застала Петровскую, Соколовскую, тоже Валентину, Хацкевич, Орловых и Гладышеву. Оберлейтенант Графф через переводчика Лейтенбергского предложил всем организоваться в театральный кружок.

Кто такой оберлейтенант Графф? Это представитель Абвера в комендатуре. Кроме театра ему вменялось заниматься делами партизан.

Несколько слов о Гладышевой Анне Ивановне. Родилась она в 1920 году в д. Полунино Ржевского района. Проживала в г. Ржеве по улице Радищева, дом № 11/6, квартал 83. В их доме стоял главный немецкий доктор. Она некоторое время работала в паспортном столе горуправы. Имела интимные отношения с унтер-офицером из комендатуры. Вела себя кокетливо. Очень следила за своей внешностью. Из Ржева бежала с отступающими немцами в г. Смоленск, где работала на бирже труда у шефа Дреге. Имела связь с офицером жандармерии, а где-то в январе 1943 года ушла переводчицей в жандармерию. С сентября 1943 года по июнь 1944 года проживала в г. Борисове и снова работала на бирже труда. В апреле 1942 года из г. Сычевка в г. Ржев прибыл фронт-театр под руководством белоэмигранта Сергеева Николая Семеновича, режиссер Вольф. В группе было 11 немцев и пятнадцать русских. В русской группе были: Петрова Анна Степановна - певица, Крылова Валерия - танцовщица, Орлова Евфалия Павловна, 1924 года рождения, уроженка г. Ржева, ее сестры Евгения, Евстафия и брат Герман, проживавшие по улице Смольной, дом 62, музыканты, Соколовская Валентина Васильевна, танцовщица. Костюмершей - Андреева Мария Петровна, бывшая костюмерша Ржевского драмтеатра.

Репетиции проходили днем в зале Товароведного техникума и на улице Калинина в двухэтажном доме, где также имелся рояль. После каждого выступления выдавали по три марки, горячий обед, состоящий из одного первого, 300 г. хлеба, 100 г. меда и масла, 50 г. песку. Всем были выданы пропуск для свободного хождения по городу. Летом ездили в аэропорт. Переводчик Лейхтенбергский предложил поехать в Чертолино. Он же предлагал всем выехать с отступающей армией, но они отказались. Выступления были ежедневно с 17 до 19 часов, а по воскресеньям иногда и по два раза. Примерно в сентябре 1942 года из-за бомбардировок театр прекратил свое существование.

Была также предпринята попытка создать музыкальный кружок. Были расклеены объявления об организации кружка. Запись проводилась в горуправе. Записалось только семь человек, среди них Цыбин Михаил и Бурицкий Константин Кузьмич, оба из железнодорожного клуба. Так и не состоялся музыкальный кружок.

Как говорилось в отчете комендатуры, в воскресенье 10 мая 1942 года с 8 до 10 часов был киносеанс с демонстрацией новостей и кинофильма, которые были хорошо приняты. Зрителей было много.

Со слов Савельевой Зои Михайловны кинокартина называлась «Все время только ты» о жизни киноактрисы. Перед демонстрацией кинокартины от комендатуры выступил майор Крюцфельдт, заместитель коменданта. Он сказал, что показ кинокартины гражданам г. Ржева за их хорошую работу. Переводил содержание картины переводчик.

В г. Ржеве через квартальных старост распространялись газеты: «Колокол», «Новый путь», «Новое время», «Новое слово», издаваемые в г. Вязьме и Смоленске.

С 5 декабря 1941 года должна была издаваться газета для гражданского населения «Путь к новой жизни» тиражом 500 экземпляров. Задача этой газеты - противодействовать вражеской пропаганде, убеждать население в конечной победе немецкой армии. Главное внимание должно быть обращено на те деревни, где размещены немецкие войска.

В июле 1942 года было предложено для продажи 500 немецких календарей на русском языке по цене 2,5 марки. Эти календари, по мнению комендатуры, нашли большой отклик у населения.

Как сообщала комендатура, 20 июля 1942 года в Ржеве открыт книжный магазин и фронтовой книжный обменный пункт. Обе книжные точки относились к городской комендатуре. Обменный пункт, т. е. библиотека, была открыта на улице Коммуны в бывшем Кутузовском магазине. Заведующей библиотекой была Сианьюм Мария Ивановна. В ней работали Королева Нина Никитична, 1923 года рождения, уроженка и жительница г. Ржева, около двух недель в качестве уборщицы, Долгополова Евгения Георгиевна, 1923 года рождения, уроженка и жительница г. Ржева и девушка по имени Фаина.

Гаврилов Евгений Иванович предпринимал попытку открыть радиоузел. В августе 1942 года Гаврилов был убит жандармами как не откликнувшийся на их окрик.

В Ржеве немцами были открыты три церкви. Комендатура отмечала, что пасхальные праздники показали, что церковь посещают большое количество людей. Оба праздничных дня гражданское население не работало.

В Ржевском районе также открывались школы и церкви, но все это оказалось временным. Практически немцам так и не удалось установить новый порядок.

(Продолжение следует)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение     
Maria
Мэтр
Мэтр
Репутация: 41

Пол: Пол:Жен
Гороскоп: Весы
Китайский: Тигр
Зарегистрирован: 05.03.2006
Сообщения: 7935

Награды: 1 (Детали)
Золотая медаль (Сумма: 1)



СообщениеДобавлено: Ср Сен 10 19:07:26 2008    Заголовок сообщения: Ржев в оккупации Ответить с цитатой

РЖЕВСКИЙ ЛАГЕРЬ ВОЕННОПЛЕННЫХ

Из сообщений районной комендатуры 1/532 говорилось, что 21 октября 1941 года комендатурой был принят в обслуживание Ржевский лагерь военнопленных с численностью пленных около 6000 человек. Служебное помещение было расположено на ст. Муравьево в 500 метрах от лагеря.

Для лагеря были использованы складские постройки базы «Заготзерно». На некоторых постройках имелись только крыши, а со стен тес весь ободран. Лагерь был обнесен колючей проволокой в два ряда, через 50 метров - немецкие часовые, вооруженные автоматами и пулеметами. В охране лагеря принимали участие русские «дружинники», которые стояли на промежуточных постах. Первоначально изредка давали на день 0,5 литра баланды, а в некоторые дни совсем не кормили. На работы брали каждый день по 1000 человек, а иногда и около 1500 человек. Пленные гонялись на постройку деревянного моста через Волгу, на расчистку дорог и заготовку дров. Кстати, бараки в лагере не отапливались. Кроме военнопленных, в лагере находились и гражданские лица, и попавшие в плен советские разведчики.

Первоначально комендатура намеревалась использовать военнопленных на сельскохозяйственных работах и, в частности, на заготовке картофеля для немецких частей, перешедших на самообеспечение. Но начать уборку картофеля силами военнопленных не представилось возможным из-за нехватки сил охраны. Так, лагерь мог вместить примерно 7700 пленных, а их число превышало возможности, поэтому до января 1942 года военнопленные из числа жителей города и района и соседних с Ржевским районом отпускались по домам. Для этого у лагеря вывешивались списки военнопленных по районам, а у горуправы списки военнопленных из г. Ржева. Для этого устанавливался определенный порядок. Требовалось заявление-ходатайство об освобождении из лагеря с фотокарточкой, с подтверждением старосты квартала, что освобождаемый не является членом партии и его характеристика. Эти заявления собирались горуправой, затем заявления неслись бургомистром или его заместителем в комендатуру. Там докладывались коменданту и после его подписи несли эти заявления в лагерь.

Комендатурой также принимались меры к отправке военнопленных в воинские части и направлению военнопленных в другие лагеря. Все эти мероприятия существенно облегчали вопрос питания военнопленных. Влияние плохого снабжения особенно тяжело сказывается на пленных. Попытка горуправы организовать подвоз продуктов окончилась неудачей, так как мощности колхозов, как считало командование и комендатура, должны в полном объеме использоваться для обеспечения нужд вермахта, а те малые части продуктов, которые выделялись для питания военнопленных, в большинстве случаев конфисковались по пути немецкими солдатами. Для пресечения данных нарушений, как и прежде, у комендатуры не хватало сил охраны.

В конце ноября 1941 года в Ржев прибыл Дулаг 240 в полном составе, принял руководство управления лагерем военнопленных от армейского подразделения сборного пункта 7. Отправка военнопленных больше не осуществляется, так как лагерь в Сычевке переполнен. Комендантом лагеря стал майор Клачес.

Лагерная система в Германии была детально разработана и проверена на деле в оккупированной Франции и Польше. Перед началом войны штат многих Дулагов был сосредоточен на границе с Советским Союзом. Это одно говорило, что немцы намерены наступать, ибо большое количество военнопленных бывает только при наступательной тактике ведения войны. Штат Дулагов был таков: комендант лагерей и старший помощник; начальник отдела по использованию рабочей силы, начальник отдела «Абвера», начальник отдела снабжения, внешняя охрана, канцелярия штаба лагеря. К сожалению, заполучить сведения о конкретных лицах из администрации Ржевского лагеря не представилось возможным.

Внутренний порядок в лагере обеспечивается полицией, сформированной из числа военнопленных. Первым начальником полиции был военнопленный Ибрагимов. После его отбытия на Украину, вместо него стал Мартынов Алексей Михайлович, из с. Кирсаново Горьковского района Омской области. 5 декабря 1941 года Мартынов вступил в карательный отряд Подраменцева. После него стал военнопленный по имени Константин. Так как Ржевский лагерь являлся пересыльным, то и начальники полиции менялись в связи с этапированием военнопленных в стационарные лагеря. В связи с тем, что Константин из Ржевского лагеря выбыл, то его место занял Гордиенко Иван Яковлевич, уроженец х. Тернелы Сумской области, но житель Буденновского района Сталинской области.

Пользуясь своим служебным положением, Гордиенко стал пить и гулять с девушками, которые из города приходили к нему в лагерь. Однако был приказ унтер-офицера Фукса: «Русских запрещено пускать». Курбатов доложил об этом унтер-офицеру Фуксу. Гордиенко сняли и примерно 5 мая 1942 года начальником полиции поставили Курбатова, который исполнял эту должность до освобождения города Ржева частями Советской Армии.

Что за человек был Курбатов? Иван Григорьевич Курбатов родился в 1907 году в селе Крюково Борисовского района Курской области, русский, из рабочих. В 1920 году окончил четыре класса. В ноябре 1929 года взят на службу в Красную Армию. В 1933 году окончил 1-е пограничное училище. Проходил службу на разных должностях, был рядовым, курсантом, старшиной и наконец с 10 июня 1939 года начальником заставы 47 пограничного отряда войск НКВД в звании старшего лейтенанта.

В связи с началом войны в июне 1941 года откомандирован в г. Муром Горьковской области на формирование частей для действующей армии. Зачислен в 916 стрелковый полк 247 СД на должность командира взвода пешей разведки. В октябре 1941 года попал в плен и направлен в Ржевский лагерь военнопленных. После освобождения Управление контрразведки Западного фронта проводило расследование деятельности Курбатова во время нахождения в лагере. Находясь при отделе контрразведки «Смерш» 558 стрелкового полка 159 СД 17 мая 1944 года получил осколочное ранение мягких тканей теменной области и осколочное ранение лица с множественными переломами нижней челюсти и по этому поводу находился на лечении в госпитале 5405 в г. Кисловодске. Выбыл из госпиталя 22 мая 1945 года ограниченно годным. После работал в лагерях военнопленных МВД в г.г. Ереване и Южном Сахалине. В 1946 году уволен в запас и проживал в городе Хабаровске, Станционная улица, д. 2, кв. 2.

Да, Курбатов человек загадочный, умел ладить с немцами и военнопленными и при проверке Особым отделом существенных фактов, наказуемых в уголовном порядке, установлено не было. Так, попавший в плен помощник командира батареи 1260 стрелкового полка 380 СД 22 армии Турманов Николай Александрович, 1922 года рождения, уроженец д. Быковка Подольского р-на Московской области, бежавший из Ржевского лагеря 9 октября 1942 года показал: «Хотя Курбатов работает на немцев, но он всей душой советский человек, побаивается, что его расстреляют как изменника Родины, поэтому старается искупить вину. . . Курбатов не выдал нас немцам, советовал как лучше уйти и выдал продуктов на дорогу».

А бывший военнопленный Венренцов Леонид Петрович, 1923 года рождения, уроженец д. Аксинино Веневского района Тульской области, 10 октября 1942 года показал: «Курбатов многим военнопленным помогал бежать из лагеря, несмотря на то, что являлся начальником полиции. В сентябре поспособствовал побегу из лагеря майору, двум летчикам, одному полковнику, танкисту».

И, наконец, Земсков Георгий Иванович, 1904 года рождения, уроженец с. Малая Кандала Куйбышевской области, военврач 2 ранга, начальник хирургического отделения медсанбата № 138 135 СД показал: «Первое знакомство с Курбатовым относится к ноябрю 1942 года. Из наблюдений за ним могу охарактеризовать его как человека, находящегося на должности начальника полиции лагеря и состоящего на службе в германской армии, практическую, предательскую деятельность в лагере не проводит. Многих честных военнопленных он безусловно знает, не преследует и не выдает немцам, некоторым даже оказывает содействие в осуществлении побега. Презрительно относится к добровольно перешедшим на сторону немцев. Вместе с этим ведет себя таким образом, что пользуется авторитетом у командования лагеря».

В то же время Земсков говорил о Курбатове и так: «Человек морально не устойчив. Большой пьяница, хотя на словах человек как-будто советский. Изымал из пайка пленных часть продуктов и пил на них водку».

Из показаний бывшего делопроизводителя по делам военнопленных Ржевской горуправы Еремеева Александра Ивановича, 1894 года рождения явствует: «Использовались военнопленные на тяжелых физических работах с 7 утра до 5 вечера. Сильное истощение, огромная смертность. За зиму 1941-42 года погибло около 9000 человек». Со слов бургомистра Кузьмина Владимира узнал, что через лагерь прошло 16-20 тысяч военнопленных. С октября 1941 года по январь 1942 года из лагеря освобождено примерно 1700 человек. Освобожденных конвоировали в горуправу, где им выдавали удостоверения. После января 1942 года освобождение военнопленных было запрещено. Освобождали только для работы в распоряжение горуправы, а короче, для работы в полиции.

В отчете о работе отдела 1ц/АО 9 армии с 1 января по 31 марта 1942 года говорилось: «Каких-либо осложнений в лагерях не было. Побеги единичны. В отношении отпущенных осенью 1941 года из-за трудностей в продовольствии принято хотя и запоздалое решение о возвращении их в лагерь».

А вот что показал адъютант Ржевской комендатуры 1/532 оберлейтенант Ротер Макс Георг, 1903 года рождения, уроженец г. Штрелен провинция Силезия, член НСДАП с 1932 года, человек с высшим юридическим образованием о лагере военнопленных: «В Ржеве находился сборный пункт № 69 армии для русских военнопленных. Военнопленные содержались в ужасных условиях. От голода и заболеваний, от простуды, только в декабре 1941 года и январе 1942 года ежедневно умирало 25-30 военнопленных. За два месяца из числа 5-15 тысяч умерло не менее 2 тысяч военнопленных. Остальные в зимний холод, пешком или в открытых вагонах отправлялись на сборные пункты в Вязьму и Сычевку. Начальником лагеря был майор Клачес.

Об одном этапировании военнопленных из Ржева в Сычевку показал очевидец Демидов Николай Яковлевич, 1889 года рождения, уроженец и житель д. Бутово Ржевского района: «Я лично видел, как в декабре 1941 года по Торопецкому тракту немцы гнали 25 тысяч военнопленных и на территории Медведевского с. Совета в затылок разрывными пулями расстреляли 20 тысяч военнопленных, догнав до Сычевки только 5 тысяч человек.

Находившийся в Ржевском лагере военнопленный, учитель из г. Красноселье Луковниковского района Демин Константин Александрович, 1920 года рождения, рассказал, что бараки в лагере располагались в два ряда, а с наружной стороны их были вырыты рвы, где производили захоронения военнопленных.

Как поступали немцы с бежавшими из лагеря военнопленными свидетельствуют показания Хмурчикова Павла Емельяновича, 1884 года рождения, проживавшего в г. Ржеве на Трудовой улице. Шесть военнопленных, переплыв Волгу, спрятались на Смоленском кладбище, но их выдали и немцы задержали их. Он лично видел, как немцы сопровождали задержанных. Отойдя на некоторое расстояние, из числа шести задержанных красноармейцев двух немцы расстреляли в упор, а оставшихся четверых повели к лагерю и так же расстреляли.

Жительница г. Ржева с улицы Кузнечная, дом № 11 Садовникова Мария Сергеевна, 1908 года рождения, уроженка д. Будаково Ржевского района, была очевидицей, когда в конце 1941 года были застрелены три-четыре военнопленных за территорией шелкокрутильной фабрики.

Но расстрелы военнопленных были не только по месту задержания сбежавших, но и в самом лагере.

Разведчица разведотдела штаба 22 армии Милютина Серафима Федоровна, 1922 года рождения, уроженка и жительница г. Кувшиново Калининской области, находившаяся в Ржевском лагере, рассказала: «Свободное хождение в лагере имел командир Красной Армии Королев Павел Иванович, лет 40. Он рассказывал военнопленным об обстановке в г. Ржеве, боевых действиях из прочитанных где-то газет. Королев говорил, что в городе партизан нет, есть небольшие группы подпольщиков. Сообщил о расстреле или повешении трех молодых партизан. За передачу каких-то сведений военнопленным и подачу каких-то сигналов Королев был расстрелян.

Эти суровые, тяжелые, нечеловеческие условия лагерной жизни заставляли узников лагеря искать выход и каждый по-своему находил его: одни молили о смерти, другие бежали, третьи шли на службу к врагу, четвертые, смирившись надеялись на чудо. Этим пользовались и вербовщики. Одним из таких вербовщиков являлся многоликий Ломакин Гавриил Гаврилович, он же Дарницкий Геннадий Георгиевич, он же Дарновицкий, он же Сазонов, 1896 года рождения, уроженец г. Богородска Московской области, по другим данным г. Москвы, из дворян. В 1913 году поступил в кадетский корпус, затем в Николаевское кавалерийское училище. Во время гражданской войны служил в армии Юденича, в бандах Булах-Балаховича, имел звание ротмистра. В 1920 году бежал в Польшу, где был помощником управляющего имением помещика Высановского близ г. Бреста. Затем некоторое время находился в Бресте, работал на военных фортах, откуда переехал в Варшаву, где проживал в предместье Прага на улице Листопада. Это был мужчина среднего роста, волосы черные с проседью, глаза черные, во рту спереди не имел нескольких зубов.

В 1935 году Ломакин был завербован польской разведкой. Неоднократно забрасывался в Советский Союз. Затем являлся вербовщиком агентуры, забрасываемой в СССР с диверсионными заданиями. Позднее служил в Польской тайной полиции. Организовывал убийства активных коммунистов и разгромы коммунистических организаций.

В 1939 году завербован германской разведкой. Занимался вербовкой, подготовкой и переброской агентов в нашу страну. В октябре-ноябре 1941 года являлся переводчиком в ГФП-639 в г. Плавске Тульской области. До июля 1942 года находился в г. Минске, откуда выезжал в г. г. Гомель, Борисов и другие для вербовки агентуры из числа местных жителей и переброски в тыл Красной Армии. Затем, находясь в другой группе, вербовал агентуру в г. г. Ржеве, Вязьме, Сычевке.

Командир роты связи 1184 стрелкового полка 355 СД 22 армии лейтенант Чуприн Алексей Федорович, 1918 года рождения, уроженец с. Щурово, Краснолиманского района, Донецкой области, 14 июля 1942 года попал в плен. Находясь в Ржевском лагере, за короткое время сильно истощал, так как питание было отвратительным. Хотя командиры и бойцы в лагере размещались отдельно, но питание было с одной кухни. 26 июля 1942 года Чуприн встретил своего товарища по 355 дивизии Харламова Всеволода Сергеевича, от которого узнал, что в лагерь приезжал в гражданской одежде подполковник-белогвардеец, лет 45-ти, среднего роста. Он занимался вербовкой для школы разведчиков-радистов. Уже был завербован начальник инженерной службы 1184 стрелкового полка.

Чуприн пошел к полковнику-белогвардейцу, проживающему в вагоне при лагере. Разговор был не более пятнадцати минут. На следующий день в числе девяти военнопленных Чуприн направлен в г. Смоленск. С 30 июля по 6 сентября 1942 года Чуприн обучался в Катынской разведшколе. В ночь с 6 на 7 сентября 1942 года он был переброшен в район г. Рязани. На его просьбу направить в Москву, начальник разведшколы сказал: «Москва нами обслуживается хорошо, а вот Рязань, Бологое, Рыбинск - не все обстоит благополучно».

Чуприну выдали документы на имя Чумакова Алексея Федоровича, оперуполномоченного Особого отдела НКВД 49 армии, младшего лейтенанта госбезопасности; командировочное удостоверение в г. Рязань для выполнения спецзадания. Для получения продовольствия - удостоверение на имя Чумакова, командира штабной роты 216 отдельного батальона связи 29 армии. Но эти документы Чуприну не помогли. 5 октября 1942 года Особым отделом НКВД 31 армии он был арестован.

Командир роты связи 1184 стрелкового полка 355 СД Харламов Всеволод Сергеевич, 1922 года рождения, уроженец д. Михайлово Новодеревенского района Рязанской области показал: «При Ржевском лагере находился специальный представитель германской разведки, русский белоэмигрант Гавриил Гаврилович. Это бывший житель города Москвы, сын фабриканта, высокого роста, седой, голос грубый. Он вызывал всех военнопленных командиров и расспрашивал их о частях, в которых служили, командирах частей и соединений. 24 июля 1942 года вместе с другими шестью военнопленными, отобранными в Ржевском лагере, направлен в г. Смоленск, а затем в д. Катынь. . .

Но не только завербованных в лагере военнопленных направляли в разведшколы, но и обучали прямо в Ржеве.

Так, Окулов Митрофан Михайлович, 1909 года рождения, уроженец деревни Щигоричи Даровского района Кировской области, показал: «На утро 2 января 1942 года стали вызывать в штаб, размещавшийся в деревянном доме на левом берегу Волги, недалеко от лагеря военнопленных. В штабе опросили по автобиографическим данным, а затем предложили сотрудничать с немецкой разведкой. Дал согласие. Тут же познакомили с военнопленными Веселовым Виктором, старшим для него. Веселов считал, что будет проживать в г. Ростове, улица Пушкина, д. 15. Они договорились о пароле и встрече в г. Ростове. Действительно, в городе Ростове по улице Пушкинская, дом 16, до войны проживал Веселов Вячеслав Андреевич, 1906 года рождения, уроженец д. Вертуново Буйского района Костромской области.

На разведкурсах училось 35 человек, в том числе Смирнов Жорж Михайлович, до армии проживавший в г. Вышний Волочек Калининской области.

Рогожин Тимофей Павлович, 1910 года рождения, уроженец д. Татарки Черепановского района Новосибирской области, в феврале 1942 года из Ржевского лагеря военнопленных, вместе с Ольхиным Николаем Николаевичем в числе пятнадцати военнопленных зачислены на курсы военной разведки.

На курсы военной разведки был зачислен и окончил их Басов Алексей Федорович. По курсам знал Захарова Петра, как будто младшего лейтенанта. Басов ходил на выполнение задания по сбору сведений о частях Красной Армии, которые получали от женщины из д. Свинино Ржевского района, одетой в ватное короткое пальто без воротника, черную юбку, валенки, шапку.

Бывал не раз в Ржевском лагере военнопленных переводчик отдела 1-е 6 ПД белоэмигрант Андреев Виктор Александрович, 1899 года рождения, уроженец г. Москвы, среднего роста и телосложения, светлорусый.

Андреев в лагере допрашивал пленных, в разговоре с начальником полиции Курбатовым говорил, что Красная Армия гонит свои лучшие части под Ржев, свои гвардейские дивизии под их железную оборону. Они разбили семнадцать дивизий пехоты и четырнадцать танковых соединений. В лагере Андреев располагался в бункере, там была и его прислуга, женщина по имени Зоя.

По показаниям врача Земскова Андреев проводил вербовку военнопленных для службы в Германской армии.

В Ржевском лагере военнопленных на 31 декабря 1942 года перебежал Виховский Михаил, 1904 года рождения, по профессии сапожник. Бывший писарь при штабе 58 ПП 6 ПД и переводчик русского языка Бумба Иозеф Эммануэль, 1897 года рождения, уроженец г. Бойпен Верхняя Силезия, показал: Виховский Михаил работал денщиком у оберлейтенанта из отдела 1-ц 6 ПД Аренса и считался добровольно сдавшимся в плен к немцам в 1941 году. До войны он проживал в г. Смоленске.

Да, попасть на службу к оберлейтенанту Арене Виховский, наверно, смог не без помощи Андреева.

Совершивший побег из Ржевского лагеря 24 августа 1942 года Егоров Михаил Федорович, показал: «Вербовку для русской добровольческой армии проводили русские, переодетые в немецкую форму с белой повязкой на левой руке. Для карательных отрядов вербовались главным образом украинцы, татары, казахи, узбеки и другие национальные меньшинства. Возглавляли отряды немецкие офицеры. В их составе имеются немецкие солдаты. Форма смешанная. Давшему согласие дается три дня отдыха, несколько улучшенное питание наравне с перебежчиками.

По данным Егорова Михаила в русскую добровольческую армию поступили: Панкевич, подполковник, начальник штаба артиллерии 242 СД 39 армии, добровольно сдавшийся в плен.

Харьковский Федор Максимович, майор, начальник штаба 531 артполка, 256 СД 39 армии, добровольно сдавшийся в плен, сам вел вербовку и завербовал пятнадцать-семнадцать военнопленных.

Валиков Николай, военврач 2 ранга, начальник санслужбы 256 СД, добровольно сдавшийся в плен. Со слов военврача 3 ранга Исаева Михаила из 256 СД Валиков при допросе в штабе заявил немцам, что он уже давно сотрудничает с ними, так как в тыловых госпиталях проводил вредительскую и подрывную работу. Об этом Исаеву стало известно от медсестры медсанбата 256 СД, которую Валиков рекомендовал как жену, хотя настоящая жена и семья проживала в г. Куйбышеве.

Мочалов, военинженер 3 ранга, командир отдельного саперного батальона 39 армии, добровольно сдался в плен.

Евдокимов, старший политрук 252 СД 39 армии, добровольно сдался в плен, подал заявление о зачислении в полицию лагеря, но был направлен в немецкий тыл.

Бендаль, фотограф и художник при клубе 39 армии. До армии был председателем Союза художников в Москве, семья в Москве.

По данным Главного Управления кадров Министерства обороны СССР значились: майор Панкевич Мирон Иванович, начальник штаба артиллерии 357 СД, пропал без вести в июле 1941 года, оказался жив и состоял на учете в Старобинском РВК Минской области.

Подполковник Харьковский Федор Максимович, 1907 года рождения, уроженец Харьковского сельсовета Ладомирского района Воронежской области, командир дивизиона 531 легко-артиллерийского полка 256 СД, пропал без вести 27 июля 1942 года. Дальнейшая судьба неизвестна.

Из числа военнопленных, как Ржевского, так и других лагерей летом 1942 года в д. Дубровка Ржевского района был сформирован 427 восточный карательный батальон.

Генерал-лейтенант Бернгардт Фридрих Густав, 1888 года рождения, говоря о русских войсках на стороне немцев показал: «В общем, несли службу они охотно, предпочитая ее заключению в лагере».

Так как в плен попадали как раненые, так и больные, а лагерные условия порождали новые заболевания, то при лагере в конце ноября 1941 года организовали лазарет. Он располагался отдельно у станции Ржев-2 в двух деревянных домах, огороженных высоким забором из колючей проволоки. Но в этом заборе была дыра, пролезая через которую можно было выйти в город. В этих двух домах, на нарах с подстилкой из льна, ютилось до семисот больных и раненых.

Анисимов Михаил Михайлович, 1925 года рождения, уроженец д. Кресты Луковниковского района, житель г. Ржева показал: «После пребывания в Ржевском лагере на базе «Заготзерно» около двух недель, направлен на работу к станции Ржев-II на разгрузку вагонов. По окончании работы поместили в лазарет военнопленных, который размещался в деревянном помещении в стопятидесяти-двухстах метрах от депо станции Ржев-2 по направлению железнодорожного полотна в сторону Москвы. В лагере имелось деревянное здание, выстроенное из железнодорожных шпал в десяти метрах от подъездных путей».

Из врачебного персонала известны: доктор немец Эрнст Мюллер. Из военнопленных главным врачом был военврач 3 ранга Перекрестов Игорь Михайлович, 1914 года рождения, уроженец г. Харькова. Являясь командиром санитарной роты 922 стрелкового полка 250 СД, в декабре 1941 года пропал без вести. По показанию санитара лазарета Соломанидина Михаила Михайловича, 1903 года рождения, уроженца и жителя г. Москвы, семья Перекрестова проживала в г. Горьком, Госпитальный переулок.

В лазарете Перекрестов организовал занятия по изучению немецкого языка, которые проводил сам; военврач 3 ранга Галкин Николай Николаевич, врач 693 стрелкового полка пропал без вести 1 декабря 1942 года; младший врач 693 стрелкового полка 178 СД Клименко Владимир Александрович, 1914 года рождения, уроженец г. Ростов-на-Дону, пропал без вести в декабре 1941 года; врач Аксакова Анна Ильинична, по данным Центрального архива Министерства обороны СССР значится: младший врач, без звания.

Однако, по учетам офицерского состава значится Аксакова Анна Ильинична, 1915 года рождения, уроженка Краснодарского края, младший врач, капитан медицинской службы 661 стрелкового полка 220 СД.

Разведчица Егорова Валентина Викторовна, 1926 года рождения, уроженка г. Лихославля, при выполнении разведывательного задания, будучи раненой, была задержана немцами и доставлена в лазарет Ржевского лагеря военнопленных, где находилась с 18 февраля по 8 апреля 1942 года. По ее показанию главный врач Игорь Михайлович доносил немцам о настроениях пленных бойцов и медработников. Врач Анна Ильинична и медсестра Аня перешли к немцам добровольно 20 февраля 1942 года. К немцам они явились обе вместе. У немцев пользовались доверием, получали паек наравне с немцами - потому, что считались добровольцами. Говорили, что бежали из г. Старицы, где они якобы советскими властями были арестованы за то, что гуляли с немцами.

Однако их знакомая Гранитова Тамара говорила, что с немцами они не гуляли, что если бы их встретили здесь те немцы, которые знали их по Старице, они бы их расстреляли.

Из лазарета они знали врача Галкина Николая Николаевича и фельдшера Большакова Василия. Всего было шесть врачей, три фельдшера и одна медсестра Аня.

Другая разведчица, Кудряшева Анастасия Ивановна, 1921 года рождения, уроженка п. Охват Псковского района показала: Гранитова Тамара Ивановна прибыла в Ржев из Старицкого лагеря военнопленных в середине января 1942 года, из Ржевского лагеря она была вместе с ней направлена в г. Вязьму. Находясь в гражданском лагере в Вязьме на улице Юхновской, 15 февраля 1943 года Гранитова бежала. В качестве фармацевта в лазарете был техник-интендант 1 ранга Змеев Степан Васильевич 1905 года рождения, уроженец г. Мариуполя, который, являясь командиром взвода 922 стрелкового полка 250 СД пропал без вести 13 октября 1941 года. По лагерным сведениям проживал в г. Харькове, Основа Харьковская, дом № 60.

Фельдшерами были: Щекин Михаил Никифорович. По учетам Центрального архива Министерства Обороны СССР значится сапер 950 стрелкового полка 262 СД. Щекин Михаил Никифорович, 1920 года рождения, призван Щигровским РВК, пропал без вести в августе 1941 года, отец Щекин Н. М., проживал: Курская область, г. Щигры, улица К. Маркса, дом № 15; Нарышкин Василий Иванович, 1917 года рождения, уроженец Полтавской области. Под этими данными по Центральному архиву Министерства обороны СССР Нарышкин не значится. Со слов врача Земскова Георгия Ивановича Нарышкин раньше работал фельдшером НКВД, участвовал в групповом хищении 75 тысяч рублей государственных денег.

Со слов Соломонидина Михаила, санитара Смирнова Михаила Осиповича хорошо знал переводчик лазарета, а потом и лагеря Озеров Федор, которого в лагере военнопленных считали за своего человека. А по показанию врача Земскова Георгия в феврале 1943 года Смирнов Михаил подал заявление и вступил в германскую армию.

Сам Соломонидин Михаил в лазарете вел регистрацию умерших военнопленных. При задержании Соломонидина и обыске у него было обнаружено шесть тысяч восемьсот пятнадцать рублей.

Разведчица Нарбут Александра Васильевна, уроженка и жительница г. Западная Двина, находившаяся на излечении в лазарете Ржевского лагеря военнопленных сообщала, что в двадцати местах у станции Ржев-2 захоронено четырнадцать тысяч человек. К сожалению, у ведущего учет умерших в лазарете Соломонидина Михаила не удосужились спросить об этом.

После ликвидации лазарета в самом лагере начала работать санитарная часть. Старшим врачом ее был Клименко Владимир Александрович. Работал там и санинструктор из 4 роты 297 батальона Мещеряков. Медперсонал носил повязки красного креста.

В санчасти был случай. Возле станции Мелихово разбился штурмовик, но летчик оказался жив. Его доставили в санчасть, где допрашивали. Клименко Владимир выгнал всех из санчасти. В санчасть даже не пустили начальника полиции Курбатова.

Санитар Смирнов Михаил откуда-то знал, что летчик из 30 армии. Какова дальнейшая судьба летчика неизвестно. Врача Клименко хорошо знал Смирнов Михаил. Клименко выбыл в Ярцево. Туда же выбыли Перекрестов Игорь и сам Смирнов.

Говоря о Ржевском лагере военнопленных, нельзя не сказать о военнопленном Архирееве Сергее Федоровиче, 1903 года рождения, уроженце и жителе г. Ржева, по другим данным уроженец с. Адамовка Смоленской области. 26 марта или 2 апреля 1942 года Особым отделом 30 армии Архиреев был направлен с заданием совершить террористический акт против бургомистра г. Ржева Сафронова Петра и начальника, в действительности он был заместителем, полиции Загорского.

Ему была разработана легенда. Он - дезертир. Скрывался в тылу войск Красной Армии. Решил перейти линию фронта с целью возвращения домой в Ржев. При переходе линии фронта Архиреев Сергей был задержан немцами. Арестован. Посажен в Ржевскую тюрьму как подозреваемый в принадлежности к партизанам и как перебежчик направлен в Ржевский лагерь военнопленных.

Бывший военнопленный Истратов Алексей Федорович показал; Архиреев Сергей прибыл в лагерь в апреле 1942 года. Имел при себе бумаги от немецкой комендатуры о том, что добровольно сдался в плен, право на свободное хождение и еще какую-то, работал старшим по проведению водоканализации на кухню, баню и санчасть лагеря. Работал с большим упорством. Ему выделялось два-три военнопленных. Он получал дополнительный паек: двести граммов хлеба, двадцать граммов масла, десять - двадцать граммов табака в пятидневку и ежедневно дополнительную порцию супа. Первое время ходил в город под наблюдением немецкого переводчика или конвоира из украинцев. После - самостоятельно, часто ходил к жене и племяннице на ту сторону Волги. Пользовался неплохим авторитетом среди полицейских и комендатуры лагеря военнопленных.

Другой военнопленный Ржевского лагеря Турманов Николай Александрович, 1922 года рождения, уроженец д. Быковка Подольского района Московской области показал: в середине июля 1942 года познакомился с Архиреевым Сергеем Федоровичем в лагере военнопленных. Работал он водопроводчиком. Свободно ходил и получал увеличенный паек. Добровольно сдался в плен, однако, плохого никому ничего не сделал. Познакомившись поближе, узнал, что он житель г. Ржева, хорошо знает местность и что он был послан в г. Ржев в качестве разведчика дивизии.

Следует заметить, что Архиреев Сергей помог Истратову и Турманову, бежавшим из лагеря, добраться через город к линии фронта и благополучно перейти ее.

Выполнить задание Особого отдела НКВД 30 армии по совершению теракта не смог из-за незнания отдельной реальной обстановки дел в оккупированном г. Ржеве,

На момент переброски Архиреева бургомистр Сафронов, бежавший из г. Ржева, находился в Минске, а Загорский служил у немцев в Смоленской области. Видимо, другого задания у Архиреева Сергея не было, но возможности для выполнения задания он добился.

На квартире Архиреева Сергея в Ржеве скрывался бежавший из лагеря связист из 29 армии Максимов Иван, 5 октября 1942 года, Архиреев Сергей Федорович, Максимов Иван и Вепроцев Леонид Петрович, 1923 г.р., уроженец д. Аксинино Веневского района Тульской области, житель г. Ржева, находившийся в лагере военнопленных, стали переходить линию фронта в районе железнодорожного моста. Переправу охранял немецкий солдат. Они подползли к немцу, втроем набросились на него. Задушили и бросили в Волгу. Перешли Волгу, свернули к механическому заводу, а вечером 6 октября 1942 года благополучно пересекли линию фронта. Для дальнейшей службы Архиреев Сергей был направлен в запасной полк 30 армии. В послевоенное время Архиреев Сергей Федорович умер, но его подвигу времен Отечественной войны нужно отдать должное.

И еще об одном разведчике Особого отдела НКВД 30 армии Федорове Андрее Петровиче, 1923 года рождения. Военнослужащий, заброшен в тыл противника 5 ноября 1942 года в г. Ржев под видом добровольца, сдавшегося в плен к немцам. Задача: получение списков на военнослужащих, добровольно сдавшихся в плен, изменников Родины из числа гражданского населения, сбора разведданных о количестве войск, месте нахождения оборонительных сооружений немцев.

Как показал начальник полиции Ржевского лагеря военнопленных Курбатов, в конце декабря 1942 года или начале января 1943 года он, возвращаясь из санитарного барака, встретил военнопленного, которого ранее не знал. Военнопленный попросил его остановиться и задал вопрос: «Каким образом ему поступить в отряд по борьбе с партизанами? » Курбатов выругался, сказал: «Пиши и подавай» и собрался уходить, как тот произнес: «Вам привет от Архиреева, Турманова и Истратова». Он повторил это еще раз. Тогда Курбатов понял, что ему надо поговорить с этим человеком, так как названных им людей он хорошо знал и содействовал им в переходе на сторону Красной Армии.

Повстречавшись в другом месте на территории лагеря, он поздоровался с Курбатовым, назвав его «дядей Ваней». Сказал, что он Федоров Андрей, что ему поручено предварительно изучить его и если есть в нем что-то советского, то подойти после наблюдения в течение восьми суток. Он решился подойти. Договорились о встрече на завтра. При встрече Федоров рассказал, что послан Особым отделом НКВД 30 армии капитаном Мишиным и старшим лейтенантом Лившицем. Перешел линию фронта правее Городского леса и под видом перебежчика попал в немецкий батальон, где восемнадцать дней подносил воду, колол дрова. На вопрос, допрашивали ли его, ответил: «Ох, не бойтесь. Еще заранее был подготовлен, что им говорить и все сошло прекрасно, без путаницы».

У него заболели зубы и образовался флюс. Используя это, он еще больше расковырял флюс и на щеке образовалась большая опухоль. Только тогда немцы направили его в санчасть лагеря, куда затем окончательно перевели. Сказал, что Курбатов должен передать ему для Особого отдела следующие материалы: списки добровольно перешедших, предателей и изменников Родины, данные о формированиях против партизанских отрядов, расположение штабов, военных складов частей, артиллерийских позиций и огневых средств. Курбатов пообещал в тот же день к шестнадцати часам все подготовить.

Придя в свой блиндаж, Курбатов взял список на двести девяносто изменников Родины и велел санитару Смирнову Михаилу, которого знал с начала 1942 года, переписать его левой рукой. Подготовив материал, передал его Федорову на следующий день в четыре часа около уборной. Список был заделан в пакет из немецкой газеты.

По просьбе Федорова устроил его в рабочую группу, посылаемую ежедневно на передовую линию для очистки траншей. Четыре дня Федоров не решался переходить из-за хорошей погоды, дожидался снежной метели. На пятый день он уже в лагерь не возвратился. Вечером в группе возвратившихся Курбатов обнаружил его отсутствие. Тут же Малышев Иван из этой группы рассказал, что перебежчик пытался бежать к русским, но когда отбежал сорок - сорок пять метров, то немцы открыли огонь. Он упал, крикнув: «Русские, спасите!» В это время со стороны передовой Красной Армии открыли огонь. Немцы сразу всех военнопленных отправили в лагерь, а раненый остался.

Когда Малышев говорил, то присутствовали: Горячев Александр, Тригонов Геннадий и Смирнов Михаил. Это была суббота. В воскресенье пленных не направляли на передовую. В понедельник Курбатов сказал Малышеву, чтобы он посмотрел, не лежит ли там раненый. Вернувшись, Малышев рассказал, что немцы забрали убитого и притащили к одному из своих блиндажей. Малышев обнаружил пулевое отверстие в виске убитого. Немцы приказали пленным похоронить его. Когда Малышев обыскивал одежду, то из кармана шинели вытащил аккуратно сложенную бумажку из немецкой газеты, но в ней ничего не было.

Так погиб Федоров Андрей Петрович. По тем временам это был героический поступок, причем не случайный, а осознанный. Но в затянувшемся Ржевском сражении, видимо, боялись говорить о солдатских подвигах.

По данным Центрального архива Министерства Обороны Союза СССР значился рядовой Федоров Андрей Петрович, 1923 года рождения, уроженец д. Нестерово Высоковского района Калининской области, пропал без вести в марте 1943 года. Мать Тулина Меланья Петровна, проживала в с. Барсуки. Учтен Федоров в 1950 году по материалам Высоковского РВК. Мать так и не узнала, что ее сын убит и захоронен совсем недалеко от нее, под Ржевом.

Да, много людей прошло через Ржевский лагерь военнопленных и много осталось там навечно. Так, по сведениям разведчицы Нарбут Александры Васильевны там, по неполным данным, захоронено тридцать пять тысяч.

Надо сказать, кроме Ржевского лагеря военнопленных было еще много, как их сами немцы называли, сборных пунктов военнопленных при дивизиях и полках, но концлагерей на территории Ржевского сражения не было.

Часть врачей и полицейских Ржевского лагеря военнопленных была эвакуирована в д. Ярцево-Гурьево Смоленской области. Перешедший линию фронта на участке 220 СД Лебедев Алексей, 1925 года рождения, уроженец д. Карельская Оленинского района показал: в д. Ярцево-Гурьево, в бараках на окраине расположились военнопленные из Ржевского лагеря, человек восемьдесят, человек сорок эвакуированных из Ржева гражданских. Создано четыре взвода. В трех - военнопленные и гражданские вперемешку, а четвертом - одни гражданские. Во второй партии были женщины - гражданские пленные. Охрана только после семи часов вечера.

(Продолжение следует)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение     
Спонсор
Maria
Мэтр
Мэтр
Репутация: 41

Пол: Пол:Жен
Гороскоп: Весы
Китайский: Тигр
Зарегистрирован: 05.03.2006
Сообщения: 7935

Награды: 1 (Детали)
Золотая медаль (Сумма: 1)



СообщениеДобавлено: Чт Сен 11 19:44:44 2008    Заголовок сообщения: Ржев в оккупации Ответить с цитатой

РАЗВЕДЧИКИ И РАЗВЕДЧИЦЫ

Для ведения любых боевых действий, будь-то при наступлении или обороне, всегда необходимы сведения о противнике. Так было и при Ржевском сражении. Нашим армиям, противостоящим немецким, нужны были данные о частях противника. Этим делом занимались разведывательные отделы при штабах армий, участвовавших в этом сражении, а именно 22, 29, 30, 31 и 39 армий. Разведотделы забрасывали в тыл войск противника своих разведчиков, стремились получить сведения о противнике на том или ином участке фронта. Чтобы правильно планировать боевые действия, нужно знать количество войск на том или ином направлении, их вооруженность, наличие боеприпасов, настроение солдат и офицеров, резервы. Эти сведения и доставались разведотделами, в том числе и через разведчиков. В основном разведчиками были молодые люди, проживавшие в расположении штаба армии, добровольцы, многие из них комсомольцы. Оформление некоторых в разведку шло через военкоматы. Как правило, это были девушки. Они проходили краткосрочные разведывательные курсы. Получали задание, заучивали легенду, определялся срок выполнения задания. При переброске им помогала наша полковая и дивизионная разведка, указывала место перехода линии фронта. В более сложных случаях группе разведчиков предоставлялся радист с радиостанцией. Иногда разведчики перебрасывались самолетами. Имели место заброски большого количества разведчиков.

Много разведчиков задерживалось противником, особенно при первичной заброске уже во время перехода линии фронта. Задержанные коротко допрашивались в частях, которыми они были задержаны, затем их отправляли в 1-й отдел дивизии, на участке которой произведено задержание. В зависимости от значимости разведчика, после его разоблачения он доставлялся в 1-й отдел армии или группы войск. Имели место перевербовки разведчиков и заброски их в наш тыл. Не обходилось без ошибок, провалов и измены, гибели разведчиков.

Так, разведчица Морозова Анастасия Николаевна, из д. Иван-Труд Ильинского района Калининской области, убита 13 ноября 1941 года.

Разведчица 22 армии Яковлева Мария, переброшенная в седьмой раз через линию фронта, преданная разведчицей Воробьевой расстреляна в январе 1942 года.

Разведчица 22 армии Тимофеева Лидия Андреевна, 1922 года рождения, уроженка станции Пено Калининской области, при очередном возвращении с задания в конце февраля 1942 года подорвалась на мине.

Разведчица Калининского фронта Трепучкова Нина Сергеевна, 1920 года рождения, из г. Торжка, переброшенная в тыл противника 21 декабря 1941 года, расстреляна в г. Ржеве 30 марта 1942 года.

Разведчица 29 армии Никитина Ольга Алексеевна при переброске через линию фронта 30 апреля 1942 года смертельно ранена.

Разведчица Удальцова Анна умерла в мае 1942 года от тифа в Ржевском лагере военнопленных.

Летом 1942 года отделом 1-ц 6ПД в д. Мануйлово Ржевского района публично расстреляны разведчицы Расины (Росины) Нина и Мария.

Переброшенные разведчики 30 армии в июле-августе 1942 Данилов Аркадий, Михалютин Павел, Кутузов Александр, Карпов Юрий, 1926 года рождения, уроженцы Ярославской области, расстреляны в г. Сычевке.

Разведчица 30 армии Булатова Екатерина Ивановна, 1923 года рождения, уроженка Нелидовского района Калининской области, убита во время бегства из плена в 1943 году на территории Смоленской области.

Разведчица УНКВД по Калининской области Поплавская Мария Семеновна, 1922 года рождения, уроженка г. Витебска, еврейка, по легенде Чугунова Наталия Ивановна, со станции Чертолино Ржевского района, при задержании была заподозрена как еврейка. Ее возили на станцию Чертолино для опознания. В результате опознания немцы установили, что действительно на станции Чертолино ранее проживал Чугунов и у него было две дочери.

В дальнейшем со слов бывшей разведчицы Митюревой Анастасии из г. Калинина, Ново-Бежецкая улица, дом № 30, находясь в Сычевском лагере военнопленных, Наташа познакомилась с одним военнопленным лейтенантом Красной Армии, и они договорились бежать. В действительности он оказался полицейским, переодетым в форму лейтенанта. Он выдал ее, и Наташу расстреляли.

В конце февраля или в начале марта 1942 года немцы задержали и доставили в д. Немцово Ржевского района семь советских разведчиц, которых поместили в дом Прокофьевой. У одной при обыске обнаружен пистолет. Переводчиками при допросе разведчиц были братья Милославские. Всех разведчиц расстреляли в д. Немцово.

Разведотделом 30 армии в тыл противника в районе железнодорожного разъезда Махерово Оленинского района Калининской области были заброшены сестры Петуховы: Анна Ивановна, 1922 года рождения и Лидия Ивановна 1924 года рождения, уроженки г. Кимры. Со слов Петуховой Лидии, при переходе линии фронта они были задержаны, направлены в Ржевскую тюрьму, прошли через «СД» в г. Сычевке, направлены в лагерь в с. Андреевское Смоленской области, где за оскорбление полицейского в декабре 1942 года Петухова Анна была повешена.

Пропали без вести разведчицы Медведева Зинаида Николаевна, 1924 года рождения, уроженка д. Миронежье Торжокского района Калининской области и Шумилова Нина Васильевна, 1921 года рождения, уроженка и жительница г. Ржева.

А что писал противник о наших разведчиках? Так, в отчете о работе отдела 1-е АО 6АК за январь-март сообщалось: «Схваченные в большинстве при переходе НК (линии фронта), агенты после получения признания расстреляны.

За истекшее время на сторону немецких войск перешло через линию фронта 25 человек в районе расположения корпуса. За период с 1 по 14 марта 1942 года движение вражеских агентов из числа девушек и парней снизилось. После ареста и допроса в дивизионах и генштабе, их доставляют в армейский сборный пункт 7, а потом в группу войск 1-е/АО».

А ГФП-580 за май 1942 года писало: «Число арестованных лиц, вместе с тем, чрезвычайно возросло. Рост обусловлен, во-первых, выявлением многочисленных агентов и агенток с другой стороны - задержанием лиц без документов. Только в горуправе Ржева были проверены 220 человек, из которых 6 человек направлены в лагерь военнопленных.

За отчетный период арестовано 260 человек, из них 31 расстреляны, шпионов - 54, вредителей - 6».

В сообщении отдела 1-е (АО 9 армии от 15 мая 1942 года говорилось о выявлении агентов, прошедших подготовку в 16, 29, 31 армии, указывались фамилия и имя разведчика, его возраст, внешние приметы, в чем одет. Перечислены двадцать один человек.

В указании отдела 1-е 83 ПД говорилось: «Девушки хорошо натренированы разведкой по вопросам о том, как держать себя во время допроса, чтобы отвести от себя всякое подозрение. Только специально применяемыми методами можно их заставить рассказать правду».

Такими методами были: жестокое избиение, угрозы, имитирование расстрела. И этого, конечно, не выдерживали, особенно те, кто впервые шел на задание. Порой работникам отдела 1-е помогали наши разведчицы, перешедшие на сторону врага. Так, бывшая разведчица 29 армии Мухина Зинаида Ивановна, 1911 года рождения, уроженка д. Крючье Кировского района Калининской области, при очередной заброске в апреле 1942 года, при задержании и допросе в отделе 1-е 6ПД в д. Мануйлово Ржевского района, призналась в своей принадлежности к советской разведке, оставлена при отделе 1-е для опознания задержанных разведчиков. Эти две разведчицы, расстрелянные в д. Мануйлово, были переброшены вместе с Мухиной.

В ночь с 4 на 5 апреля 1942 года была переброшена разведотделом штаба 31 армии Орлова Екатерина Ивановна, 1923 года рождения, уроженка д. Канашкино Оленинского района Калининской области.

При переброске она была задержана немцами и доставлена в лагерь военнопленных в д. Мануйлово. При допросе в отделе 1-е 6ПД, она призналась в принадлежности к советской разведке, придерживалась легенды. 8 апреля 1942 года Орлова Катя была направлена в г. Ржев в воинскую часть для работы прачкой. При направлении в г. Ржев в отделе 1-е ей заявили, что если ее сведения при проверке подтвердятся, то ее отпустят домой.

В Ржеве переводчик отдела № 1-е 6ПД белоэмигрант Андреев Виктор Александрович устроил ее на квартире у Кривошеиной Веры Васильевны, 1918 года рождения, уроженке г. Ржева, проживавшей на улице Пролетариата, дом № 1. Сам Андреев проживал в г. Ржеве по улице Республиканской у Симоновой Марии Михайловны.

7 или 8 июня 1942 года немцы поселили на квартиру к Кривошеиной Мухину Зинаиду. Орлова видела Мухину в д. Мануйлово. При знакомстве Мухина сказала Орловой, что сейчас она работает у немцев, но работает для Красной Армии. Она знает все возможности перехода к своим, так как неоднократно переходила линию фронта и предложила перейти вместе с ней. Орлова дала согласие и призналась, что является разведчицей. После этого «СД» арестовала Орлову. Из Ржева ее перевели в тюрьму при «СД» г. Сычевки. Там ей была устроена очная ставка с Мухиной Зиной, и она изобличила Орлову.

15 августа 1942 года она была освобождена из тюрьмы, так как дала согласие работать в немецкой разведке, и работала в качестве агента Абвергруппы-309 и одновременно была переводчицей у начальника Абвергруппы-309 оберлейтенанта Лютц до окончания войны. Вместе с ней в Абвергруппе-309 работала бывшая разведчица Белова Анна Степановна, 1925 года рождения, уроженка д. Николаевка, Лев-Толстовского района Рязанской области и ржевитянка Казачук Антонина Григорьевна, 1921 года рождения.

Со слов разведчицы Губановой Екатерины Алексеевны, 1918 года рождения, уроженки Калининского района и области: в д. Мануйлово Зина, по прозвищу Казак или Кавалерист, подошла к Голубевой Софье Павловне и сказала: «Ты не ври. Я знаю откуда ты. Из Калинина. Все вы из 29 армии. Я знаю, так как сама такая. Пришла и работаю. В Калинине у меня муж и дочка».

Пришла на сторону противника и разведчица Ржевского ГО УНКВД Липкина Павла Александровна, 1898 года рождения, уроженка г. Красный Смоленской области, еврейка по национальности, учительница в Ржевском районе.

В своем указании для высшего командования начальник штаба XXIII АК № 905/42 писал: «1-с добыты документы и показания военнопленных и гражданских лиц о новом взгляде в организации вражеской службы наблюдения и организации партизанских отрядов.

Новые случаи заставляют опять признать, что неприятельская служба использует для выполнения своих поручений женщин и мужчин. Пример: 29 июля 1942 года была задержана Липкина около одной нашей линии. Липкина жила в последнее время в Ржеве, а позже в д. Сытьково, где живет ее муж, который работает мельником. При занятии русскими пункта Сытьково, Липкина была арестована и посажена в Торопецкую тюрьму. Откуда она вышла как агент с заданием перебраться в Ржев и узнать сколько и какие части там расположены, и какое движение транспорта...

Пример легенды: вышеупомянутая Липкина при задержании должна говорить: она вместе с другими заключенными была посажена в поезд, который должен был отправляться в неизвестном направлении. Поезд был подвергнут бомбардировке, частично разрушен, таким путем она имела возможность бежать в место своего жительства, и она ушла в Ржев».

Как видно, Липкина была задержана, доставлена в «СД» Ржева, а затем в Сычевку, где содержалась в тюрьме «СД». В октябре 1942 года она была освобождена, но оставалась при «СД» официанткой на кухне. Первое время на ночь приходила в камеру, а затем получила комнату по улице Б. Советская, дом 22, у Картошкиной Анны Ивановны, 1921 года рождения, уроженки д. Подозерье Сычевского района Смоленской области. Со слов Картошкиной, Липкина проживала у нее с ноября по 20 декабря 1942 года. Когда Липкина сидела в тюрьме «СД», то знала многих разведчиц, находящихся там. Двое из них - Настя и Люся - были расстреляны. На квартиру ее устроил оберлейтенант из Сычевской комендатуры, который ухаживал за ней. Липкина была хорошо обеспечена, ни в чем не нуждалась, имела много одежды и обуви. Перед отступлением немцев из Сычевки для нее специально была подана машина, на которой она уехала в Смоленск.

(Продолжение следует)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение     
Maria
Мэтр
Мэтр
Репутация: 41

Пол: Пол:Жен
Гороскоп: Весы
Китайский: Тигр
Зарегистрирован: 05.03.2006
Сообщения: 7935

Награды: 1 (Детали)
Золотая медаль (Сумма: 1)



СообщениеДобавлено: Пт Сен 12 15:53:02 2008    Заголовок сообщения: Ржев в оккупации Ответить с цитатой

Громова Анна Алексеевна, 1916 года рождения, уроженка д. Жуково Ржевского района, 28 августа 1942 года была арестована немцами и направлена в Сычевку, в тюрьму при «СД», где сидела в одной камере с Липкиной. С ее слов, после освобождения из тюрьмы, Липкина работала переводчицей в комендатуре. Когда Липкина сидела в тюрьме, использовалась как переводчица при допросе жителей одной деревни в Сычевском районе, задержанных за связь с партизанами, из которых потом многие были расстреляны. Она жаловалась, что ее неподготовленной послали и с такой легендой, по которой сразу можно узнать, что она разведчица. Говорила, что знает всех работников «СД» и называла военнопленных из карательного отряда, бывшего капитана 39-й армии Стишенко Ивана и Тернявского Семена, который особенно проявлял себя в пытках и избиениях советских граждан.

Установлено, что капитаном 39-й армии был Стишенко Иван Григорьевич, 1908 года рождения, уроженец с. Половно Миргородского района Полтавской области, служивший у немцев в ГФП-580, полевая почта 17604. Видимо, какое-то отношение к ГФП имела и Липкина.

В Сычевке Липкину посещала бывшая учительница Глебовской средней школы Ржевского района Прозерская Зинаида Андреевна, 1904 года рождения.

Подобно Мухиной, вела себя у немцев Кошелева Ольга Андреевна, 1924 года рождения, уроженка д. Погорельцы Кушалинского района Калининской области. Будучи переброшенной разведотделом штаба 29-й армии в ночь на 29 марта 1942 года, она была задержана, доставлена в отдел 1-е 256 ПД в д. Полунино. При допросе призналась в принадлежности к советской разведке. Оставлена в д. Полунино, занималась уборкой помещения у капитана, использовалась для опознания задерживаемых. Через месяц ее перевели в Сычевский лагерь военнопленных, где она поддерживала связь с сотрудниками «СД»,

Имели место недопустимые факты в разведке. Так, со слов разведчицы разведотдела штаба 30-й армии Бойковой Евдокии Тихоновны, 1922 года рождения, уроженки д. Тюхтово Сандовского района Калининской области, у разведчика Михалютина Павла почему-то при себе оказалась фотокарточка, где он сфотографирован в группе разведчиц. Фотография и позволила немцам разоблачить Бойкову.

А по показанию разведчицы разведотдела штаба 29-й армии Зарецкой Антонины Дементьевны, 1923 года рождения, уроженки д. Каблуково Калининского района и области, переброшенной в апреле 1942 года в район станции Панино Ржевского района, во время допроса в отделе 1-с 6ПД, ей показывали фотокарточки преподавателей разведкурсов.

Но были смелые и отважные разведчицы, неоднократно переходившие линию фронта, как Нарбут Александра Васильевна из Западной Двины Калининской области, ее напарница латышка Вильц Эмма, Кудряшова Анастасия Ивановна, 1920 года рождения, уроженка п. Охват Пеновского района Калининской области, из разведотдела штаба 22-й армии, и многие другие.

7 сентября 1941 года Особым отделом НКВД 246-й стрелковой дивизией при переходе линии фронта были задержаны Дуплинский Сергей Николаевич и Малышева Татьяна Ивановна, уроженка д. Никоново Куньинского района Калининской области. В процессе проверки было установлено, что Дуплинский Сергей является разведчиком, а Малышева, как местная жительница, помогала ему перейти линию фронта. О Малышевой были получены сведения, что до 1938 года она работала при станции Кунья помощником мастера кондитерских изделий, затем тройкой НКВД по ст. 116 и ст. 162 УК РСФСР была осуждена на три года лишения свободы. Для отбытия срока наказания была отправлена в г. Комсомольск-на-Амуре. В июне 1941 года освобождена из заключения. Прибыла в г. Москву к брату. Узнав, что дети брата были отправлены на лето в д. Никоново, где их застала война, пошла домой, чтобы узнать их судьбу. Затем добровольно, еще раз, помогая Дуплинскому, перешла линию фронта. С того момента она и стала разведчицей штаба 29-й армии. Девять раз она успешно выполняла задания разведывательного характера.

3 октября 1941 года за успешное и добросовестное выполнение особых заданий Малышевой Татьяне Ивановне и Разумихиной Тамаре Николаевне, 1920 года рождения, уроженке г. Ржева, была объявлена благодарность, а выдано денежное вознаграждение по 500 рублей каждой от имени командующего 29-й армии генерал-лейтенанта Масленикова и члена Военного Совета дивизионного комиссара Гурова.

Последнее задание Малышева Татьяна получила 13 апреля 1942 года. Ей нужно было выяснить дислокацию немецких войск в деревнях Батики и Старцево, на ст. Осуга и городах Ржеве и Сычевке.

Она шла в паре с Крыловой Галиной Михайловной, 1923 года рождения, уроженкой и жительницей г. Калинина.

В это время была групповая переброска разведчиц в тыл противника. Все они были задержаны немцами. Задержанные были доставлены в д. Мануйлово Ржевского района.

Как показала разведчица Балуева Вера Петровна, 16 апреля 1942 года, из района станции Панино она была заброшена в г. Ржев и при переходе линии фронта задержана и доставлена в штаб немецкой дивизии в д. Мануйлово. Вечером ее, Вьюнову Нину Леонидовну и Галкину Анастасию Васильевну взяли на допрос. Первой допрашивали Вьюнову, а она с Галкиной находились на кухне дома, где допрашивали. Во время допроса привели двух задержанных разведчиц: Крылову и Татьяну Малышеву. Допрос Вьюновой был прерван. Их загнали на русскую печку за штору. Татьяна отрицала свою принадлежность и говорила легенду, за что ее избивали. Затем куда-то увели. После начался допрос Крыловой, которая сразу призналась в принадлежности к разведке и рассказала о Татьяне. Она разведчица. Уже не первый раз переходит линию фронта. Назвала, кто переброшен, а кто остался в разведотделе, указала приметы.

Другая разведчица, Губанова Екатерина Алексеевна, показала, что примерно 17 апреля 1942 года она встретилась с Малышевой и Крыловой. В этот день в д. Мануйлово были доставлены разведчицы 29-й армии Муницына Зоя Ивановна, Голубева Софья Павловна и Шишова Мария Ивановна. Во дворе школы, где размещался лагерь, их построили в шеренгу. Из дома вывели Малышеву Татьяну. Подвели к ним и спросили, знаем ли мы ее. Все ответили: «Не знаем». Тогда вывели Крылову. Немецкий офицер через переводчика опять спросил: «Знаем ли мы ее? ». Сказали: «Нет». После этого спросили Крылову, знает ли она нас. Крылова ответила, что хорошо знает. Вместе с нами училась в разведшколе. В присутствии Губановой Крылова изобличала Малышеву. После Малышева Татьяна сказала им: «Я знаю, что вас немцы отправят в лагерь, а меня расстреляют. Но я знаю, за что я погибаю. Я для Родины сделала много полезного. А вот вы ничего не сделали. В первый раз пошли и попались».

22 апреля 1942 г. Малышева в числе 14 арестованных разведчиц отправлена в Ржев, где отделена от группы.

Разведчица Муницына Зоя Ивановна около 5 дней содержалась под стражей в отделении 1-с д. Мануйлово, затем отправлена в Ржев в числе других арестованных, где их посадили в две камеры тюрьмы. Они переночевали ночь и были отправлены в Сычевку. С ее слов в Ржеве осталась одна разведчица Татьяна по кличке «Черт-баба».

По меркам того времени Малышева могла быть удостоена высокой награды.

Немцы считали, что если разведчик повторно заброшен, то он уже нанес ущерб немецкой армии и уже есть основание для расстрела разведчика. Начальник отдела 1-с 9-й армии подполковник Шлинер Франц Макс по поводу разведчиков и разведчиц Красной Армии показал: «Специальной организации для вылавливания агентов противника не было. Каждый солдат обязан был следить за этим. Солдаты, которым удавалось задержать агента противника, поощрялись и продвигались по службе. Случаев мелкого шпионажа было разоблачено много. Это были женщины или молодежь. Многие из них были задержаны при переходе линии фронта прежде, чем они могли навредить. Малолетние, которые были схвачены при первой попытке к шпионажу, как правило, не подвергались суровой каре, а отправлялись в рабочий лагерь.

Летом 1942 года вдруг очень увеличилось число агентов-подростков в районе Ржева. Это были 14-16-летние девушки, которые были так плохо подготовлены к своим заданиям, что часть из них добровольно сдавались нашим войскам. Их карали в том случае, когда было установлено, что они уже причинили вред».

(Продолжение следует)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение     
Maria
Мэтр
Мэтр
Репутация: 41

Пол: Пол:Жен
Гороскоп: Весы
Китайский: Тигр
Зарегистрирован: 05.03.2006
Сообщения: 7935

Награды: 1 (Детали)
Золотая медаль (Сумма: 1)



СообщениеДобавлено: Сб Сен 13 13:41:04 2008    Заголовок сообщения: Ржев в оккупации Ответить с цитатой

СЫЧЕВКА

Сычевка захвачена частями 3 ТА под командованием генерал-полковника Рейнхардта.

Комендантами Сычевки были: капитан Хазз, капитан Больман, помощниками коменданта: оберлейтенант Кейслер, оберлейтенант Киглер. В комендатуре работал оберлейтенант Мунс. Переводчиками - Кохановский и Кинаст Михаил Федорович.

С 20 октября 1941 года по 10 января 1942 года и с 28 февраля 1942 года по 30 октября 1942 года в Сычевке находился штаб 9 армии.

Как показал бывший начальник отдела 1-с штаба 9 армии Шлипер Франц Макс, в конце ноября или в начале декабря 1941 года по приказу командующего 9 армией генерал-полковника Штрауса, публично казнены через повешение семь советских граждан (три военнослужащих и четыре гражданских) по поводу покушения на начальника штаба Векмана, проживавшего на частной квартире в Сычевке. Виновников не нашли. Допрашивали их: капитан, доктор Шильд и оберлейтенант Хааке из отдела 1-с. Шильд до войны был присяжный поверенный в Берлине, а Хааке, житель Берлина, чиновник министерства юстиции, вел дневник отдела 1-с.

А бывший переводчик отдела 1-с штаба 9 армии фон Карцев Борис Николаевич по этому факту так показал: в первых числах ноября 1941 года в Сычевке было совершено покушение на начальника штаба 9 армии полковника Векмана. По приказанию начальника контрразведки 9 армии капитана Гофмана была повешена большая группа (до двадцати советских граждан). Исполняла полевая полиция.

У капитана Гофмана в качестве агента использовалась женщина по имени Зана, лет 30, среднего роста, лицо смуглое, большие синие глаза, волосы стриженные, каштанового цвета, имела ребенка 5-6 лет, сожительствовала с лейтенантом фон Рейденом, ординарцем начальника штаба Векмана и была беременна от него, работала у лейтенанта Шолена, убирала комнату. Выдала двух сотрудников НКВД, работавших в тылу немецких войск.

В марте 1942 года контрразведкой 9 армии в районе вскрыта большая группа заговорщиков против немецкой власти. Среди них имелась масса десантников со стороны советских войск.

По приказу начальника контрразведки капитана Гофмана было расстреляно много советских граждан. Непосредственными исполнителями были лейтенант Титьен, командир карательной роты, и бывший офицер царской армии Устиновский, командир группы добровольцев из русских.

Шлипер уточнил показания фон Карцева, показав о том, что летом 1942 года севернее Сычевки была в бою уничтожена агентурная радиогруппа противника. Посланные группой сообщения были взяты в качестве трофеев. Эта группа очень многое сообщала и о Сычевке, но она не обнаружила, что там находилась ставка армии.

Видимо об этих разведчиках знал Воробьев Василий Иванович, 1916 года рождения, уроженец д. Круглицы Сычевского района Смоленской области, когда говорил о том, что в конце лета 1942 года в лагерь «СД» Юшино привели трех подростков. Они были сильно избиты и искусаны. По их виду они были задержаны с собаками овчарками. Некоторое время они находились у здания лагеря, затем подошли к ним немец и Яков, а потом начальники и стали избивать их до тех пор, пока они уже не реагировали на удары. После поместили в подвал. Это были разведчики Красной Армии. Они проводили разведку железнодорожного полотна и имели радиопередатчик.

Конечно, жители Сычевки могли видеть начальника отдела 1-е 9 армии Шлипера. Это был немецкий офицер среднего роста, с редкими русыми волосами, с бледным овальным лицом.

А о капитане Гофмане известно, что ему было в то время лет пятьдесят, выше среднего роста, крепкого телосложения, с большим круглым лицом. Осенью 1942 года Гофман был переведен в Мюнхен, жителем которого он являлся.

Упомянутый Яков, это Майер Якоб, 1916 года рождения, уроженец с. Шафгаузен Унтервальденского кантона республики немцев в Поволжье. Находясь в Красной Армии, он попал в окружение и плен. Служил переводчиком в Юшинском лагере.

В апреле 1942 года начальник отдела 1-с 9 армии подполковник Шлипер Франц Макс выезжал в Ржев, где проводил совещание начальников отделов 1-с корпусов и дивизий 9 армии, а также отделов Абвера I, II, III. На совещании был руководитель «Абвергруппы-103», размещавшейся в Ржеве, майор Шиммель Ганс Оскарович, он же Шнайдер, 1893 года рождения, уроженец Петербурга.

На совещании также выступил переводчик отдела 1-с 9 армии фон Карцев Борис Николаевич. Тема его доклада «О положении переводчиков и их недокомплекте».

Из показаний фон Карцева известно, что в сентябре 1942 года была встреча капитана Гофмана с агентом Уваровым, лет пятидесяти, среднего роста, коренастым, на голове лысина, глаза темные, носил усы и бороду. Уваров прибыл из Калинина после занятия его советскими войсками и информировал о положении в городе. Гофман дал ему задание вести работу среди мирного советского населения против немецких властей, чтобы выявить заговорщиков, занимающихся взрывом мостов и дорог в тылу немецких войск, и агентов противника.
Уварова при отступлении немецких войск из Калинина вывезли в Сычевку, но куда он уехал из Сычевки - не знает.

Как установлено, Уваровым являлся Сверчков Николай Георгиевич, 1898 года рождения, уроженец Царского Села, из дворян, бывший офицер (корнет) царской армии, художник по профессии, перед войной проживал в Калинине и работал художником. По приходу немцев организовал полицию в Калинине. При отступлении немцев бежал в Ржев. Трудно сказать, когда и где Сверчков попал в поле зрения капитана Гофмана, одно известно, что в августе 1942 года его видела в Калинине на улице Вольного Новгорода у дома № 21а Малышева Вера Николаевна, 1909 года рождения, уроженка и жительница Калинина, работавшая в то время билетершей драмтеатра и знавшая Сверчкова по довоенному времени. Сверчков был одет в военную форму: коверкотовая гимнастерка с тремя прямоугольниками, в руках - полевая сумка. Он зашел в дом № 21а, где проживала актриса театра Маевская, арестованная в 1938 году, и Котович, проживавшая в оккупированном Калинине. Задержать его не представилось возможным.

Следует отметить, что для Сверчкова главным в жизни были деньги. Он считал, что без денег даже очень большой талант и большая известность ничто.

Какова дальнейшая судьба Сверчкова? В конце 1942 года из Сычевки он появился в Смоленске, где у бургомистра Меньшагина Бориса Георгиевича стал добиваться поста начальника управления полиции Смоленска. Тогда в кабинете Меньшагина Сверчков сказал: «Лучше перестрелять, чем недострелять». Видимо, это высказывание устраивало Меньшагина и он назначил Сверчкова на должность начальника полиции. В 1943 году в г. Минске он возглавил русскую полицию, получил немецкое подданство, был награжден «Железным крестом» и медалями.

В середине 1944 года он оказался в г. Опельн, где являлся начальником русской группы при гестапо. В конце 1944 года он - руководитель школы «СС - полиции» в г. Карлсбаде. В конце апреля 1945 года Сверчков появился в Зальцбурге в форме капитана «РОА». После прихода американцев организовал русский театр в Зальцбурге и являлся одним из руководителей театра. После 1947 года след Сверчкова потерялся.

Естественно, кроме разведывательно-контрразведывательного отдела 1-с 9 армии были и другие органы фашистской Германии в Сычевке. В частности, полиция безопасности и СД. СД представляла Зондеркоманда 7. Постоянно в Сычевке она не находилась, направлялась то в Духовщину, то в Клинцы. Но представители этой команды находились в Сычевке всегда. Располагалось СД в одном из зданий около базара и по улице Бычкова в домах №№ 35, 37, 39, 41. Шефом являлся штандартенфюрер Тиль и Вантер, переводчики: оберштурмфюрер Барк Лео, унтершарфюрер Зальдергер и Соколова Галина Александровна, 1922 года рождения, уроженка д. Хотьково Новодугинского района Смоленской области. Начальником продовольственного снабжения был унтершарфюрер Панек. Повар Густав Роммель.

О Барк Лео известно, что он родился в 1893 году, в г. Ревеле (Таллин) в семье помещика. В 1911 году окончил Ревельскую гимназию, затем обучался в г. Данциге в высшем техническом училище до начала 1 мировой войны. В сентябре 1915 года призван и направлен в качестве военного чиновника на военный судостроительный завод, где пробыл до германской оккупации, во время которой являлся переводчиком Германской морской комиссии в Ревеле. В эстонско-русскую освободительную войну 1918-1920 годов - лейтенант, артиллерийский техник. В 1922 году окончил Высшую техническую школу и обосновал техническое бюро. После переселения в Познань работал в техническо-коммерческой фирме, владельцем которой стал 22 февраля 1941 года.

9 мая 1941 года призван и с 26 июня 1941 года состоял на службе в Германском вермахте. Сразу после Восточной операции назначен начальником Зондеркоманды Ц при Дулаге 127 в Минске и Орле, с их огромными лагерями для военнопленных. 4 августа 1941 года службой СД он был переведен в ГФП (тайная полевая полиция) - 716, в которой находился более двух лет. Основной работой группы и его лично была деятельность «Абвера» - поиски и разоблачение вражеских шпионов, провокаторов и агентов, а также их допросы, которые он считал интереснейшими страницами его деятельности. В 1943 году он находился в ГФП-580 при XXIII АК 9 армии. ГФП по его выражению «была всем в одном лице: криминалистом, полицейским, обвинителем, защитником, судьей и палачом. Жизнь и смерть попавших в наши руки людей зависела в высшей степени от нас, а также переводчика. Поэтому деятельность начальника группы и военного переводчика была особенно ответственной и с течением времени она возрастала». Так писал Барк в своем донесении в Познани в декабре 1943 года.

Что касается ГФП-580, то она в Сычевке размещалась в угловом здании около городского парка.

Из отчета о деятельности ГФП-580 в марте 1942 года видно, что из Сычевского лагеря был доставлен в отделение Редозубов Николай, 1904 года рождения, допрошен, признался, что был коммунистом и батальонным политруком. По приказу отдела 1-с/АО был расстрелян 19 марта 1942 года. В отношении Редозубова имеются сведения, что им являлся Редозубов Николай Филиппович, 1904 года рождения, уроженец Белорецкого района Башкирской АССР, член ВКП(б) с 1926 года, в РККА не служил. Приказом НКО СССР № 42/113-1940 г. присвоено воинское звание «политрук запаса». Учетная карточка составлена 27 апреля 1940 года Белорецким ГВК Башкирской АССР.

(Продолжение следует)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение     
Спонсор
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    вывод темы на печать    Список форумов Городской интернет-портал Ржев -> История Ржевской битвы 1941-1943 гг. Часовой пояс: GMT + 4
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5  След.
Страница 3 из 5

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах
Вы не можете вкладывать файлы
Вы можете скачивать файлы


Текстовая версия
Powered by phpBB © 2001, 2006 phpBB Group
Adapted for RUNCMS by SVL © 2006 module info


  
ВВЕРХ RZEV.ru © 2005 Городской интернет-портал Ржева ВВЕРХ
Rambler's Top100 Яндекс цитирования Power by AMD © rzev.ru RunCms.Org
- Генерация страницы: 1.18 секунд | 67 Запросов | 69 Файлов: 911.41 КБ | HTML: 286.27 КБ -